Цитаты из книги Як агонь, як вада

Чалавек ведае, калі што ў яго першы раз, і ніколі не ведае, калі што ў яго раз апошні.

А калі ў каго каханне не было выдумкай - i выдумкай і пакутай, калі тваю вялікую вы- думку адхіляюць як непатрэбшчыну?!

Скажыце мне, а за каго йны Пайшлі на смерць, пайшлі вайной? Хто ёсць на свеце так дастойны, Што трэ ахвяры аж такой?

В каждой женщине – французская кровь, в каждой женщине – Аксинья.

Гостю дважды рады: когда он приезжает и когда уезжает.

В пару нужно брать человека действия, даже идя на фиктивный брак.

Символический финал: через тернии – к звездам, через страдания – к лучшему будущему идет Молодая Беларусь...

Поэт молчал. И вдруг неожиданно заулыбался: – Ты случайно французский не знаешь? – Улляна лен трэ, а Левон коров пасэ, – пошутил Полуиян. – Вот тебе и пасэ.

Народ можно купить кровью, любовь народа – пролитой того же народа кровью.

"Жизнь белоруса слишком монотонна, – писал Ядвигин Ш., и мы не должны поэтому быть особенно требовательные в разноколерности сюжетов..."

Благородство было формулой его бытия.

В 1935 году Купала говорил чешскому писателю Франтишеку Кубке: «Я — поэт новой белорусской деревни, Есенин и Клюев долго ныли по старой деревне. Я же не жалел о ней ни минуты».

Величественная тишина книг — мудрых внуков, праправнуков Скорины.

Купала, как настоящий поэт, — ленив и больше верит вдохновению, чем работе. Эту веру в нём нужно оздоровить — ровно настолько, чтоб не убить вдохновения.

Мне же очень хотелось бы засесть в Петербурге в какой-нибудь библиотеке: уж как-то странно я люблю это занятие!