Улан Далай

Книга просто потрясла. Уж сколько было прочитано разных семейных саг и все равно цепляет, не оставляет равнодушной. Тем более,что это первая книга автора и сразу такой размах.
Книга о трех поколениях донских калмыков, семьи Чолункиных. Повествование захватило период с 1884 года до 1957 года. Самое неспокойное время. Время, когда у каждой семьи остался след от истории. Уж сколько было прочитано об этом периоде: Японская война, Гражданская, Первая Мировая, становление Союза, коллективизация, неурожай, голод, ВОВ, репрессии, ссылки... В этот раз вся история страны со стороны калмыков.
Калмыки - степные люди. Автор очень подробно описала быт и устройство жизни калмыков, их обычаи, их поверья, их семейные устои. И вместе с повествованием, течением времени мы увидим как изменились семейные устои, как изменились взгляды молодого поколения под влиянием событий.
Судьба сильно побила семью Чолункиных(как и многих других). Разбросала по стране, братья оказывались по разные стороны баррикад, заставляла выбирать между семьей и обязанностями.
Баатр Чолункин - с него начнется повествование. Именно он пройдет через всю книгу, пережив своих детей... и это, наверное,самое страшное.
Казалось бы будь верен партии, поступай по совести,не забывай о чести и будет все ок... так думали многие, так думал и Чагдар и тем больнее ударяет молотилка чисток по нему.
Страшно было читать о гонениях, о разрушенных надеждах, о неверии и непонимании событий.
Калмыки - те самые нацменьшинства, которые сначала вознесли, как благонадежных, а потом - с таким же усердием "чистили", высылали после смены ветра.
Наверное самым запоминающим стал финал: Владимир (внук Баатра) уже сам дед и вернулся найти место, где стоял их дом, чтобы найти когда-то закопанные медали... Найдет он обгоревший косяк, который и заберет домой - как память, как часть истории семьи...
Оффтоп. Самым неожиданным для меня оказалась новость, что калмыки после того, как чуть выучили русский, перешли на латиницу. Почему-то я думала, что они кириллицей пишут...

Мне тяжело даются серьёзные рассказы о начале становления СССР. Страхи, разорванные семьи, голод, выселение... Когда я читаю про это - а я не супер чувствительный человек по отношению к книжным и киношным историям, от оттоптанной кошачьей лапки в слёзы не кинусь - это всё давит на душу... Не сочувствием, не праведным гневом, а - вот неожиданно - стыдом. За то, что моя семья во всех поколениях счастливо избежала всего, что было частью жизни нового становящегося государства. Ни сосланных, ни раскулаченных, ни больших партийных начальников. Так что у меня выходит смотреть на всё это слегка отстранённо, но неприятное где-то скребётся...
Поэтому в книге про судьбу целого народа, хотя в большей степени это касается именно донских калмыков, иначе - бузавов, мне интереснее всего было экзотическое, моими глазами, устройство жизни. Начать с того, что они - буддисты, с довольно своеобразным отправлением культа, всё не совсем так, скажем, у монголов. В книге подробно описаны даже домашние статуэтки - бурхуны, есть подробности, как творились молитвы, к каким духам обращались, чтобы был урожай, и т.д.
И так ещё получилось, что слушала я книгу в исполнении Алексея Багдасарова, который в моём восприятии спаян неделимо с семейными сагами явно экзотического окраса, как Амитав Гош - Маковое море . Может быть, ещё и поэтому обращала сильнее внимание на языковые тонкости (русские парни никак не могли понять, зачем желать белой дороги - зелёная же лучше?), восхищалась сказочностью фольклора, когда дед семейства Чолункиных брал домбру в руки и начинал Джангр.
Не знаю, было ли бы также здорово это читать буковками, но в звуке книга получилась отличная. Допустим, на баллик побольше из-за исполнителя, но для дебютного романа в любом случае - отлично.

Еще один повод поблагодарить Большую книгу 2024, потому что этот роман, мой 18/50 лонга премии не был бы прочитан, если бы не попал в длинный список. Книга Натальи Илишкиной из немногих от РЕШ, которую я не стала читать сразу после выхода. Ну, потому что подумала: незнакомое имя, объемное произведение, про калмыков, с которыми ничего общего Зачем? Благодаря номинации, у меня есть "Книга года 2024" и абсолютный фаворит в этом премиальном списке, сколь прекрасными ни оказались бы другие, а когда о личном рейтинге говорит женщина. читающая несколько сотен томов в год, это что-то, да значит.

"Улан Далай" великая книга. Никакое определение: грандиозная, колоссальная, эпическая, шедевр - не будет чрезмерным. Есть простой тест, который проходят единицы из сотен тысяч хороших и разных: если герои становятся для тебя живыми людьми, я имею в виду - если думаешь о них, как о своих реально живущих или живших прежде знакомых, родственниках, предках - он пройден. Семья Чолункиных для меня сейчас - это мои предки, бежавшие от коллективизации и раскулачивания донские казаки, о которых совсем ничего не знаю. Моя семья не проходила через выселение, они действовали на опережение, как делает в книге Чагдар - сами переселились в Казахстан в благословенную Алма-Ату (бабушка еще называла город "Верным"), где и героям довелось пожить.

Гениальные книги не рассказывают нам свои истории, а возвращают нашу. Утраченную не по ленности или отсутствию любопытства, а потому что нас планомерно ее лишали - ковали единство советских людей без корней. Невозможно подсчитать, сколько связей навек оборвалось с вынужденными переселениями; о чем выжившие и укоренившиеся не рассказывали внукам, потому что вспоминать об унижениях и бесправии слишком больно. Да и страшно, обе мои бабушки не одобряли политических анекдотов, потому что помнили - за это сажают. Ну и довольно о своем, возвращаюсь к роману. Рассказ о трех поколениях семьи Чолункиных охватывает промежуток с 1884 по 1957 годы с заходом на территорию условно наших дней в эпилоге, и рассказывает о трех поколениях семьи донских казаков калмыков.

Братья Баатр и Бенге, старший ушел добровольцем на Японскую, где сложил голову; младшему, Баатру досталась долгая жизнь, трое сыновей. Старшего, Очира, он по обычаю отдал на воспитание бездетному брату и вот эта удивительная смесь, когда родного отца первенец будет считать отчасти дядей, оплакивая смерть дяди как отца - осталась с ними на всю жизнь. Очир, красавец и смельчак, доброволец Первой Мировой, дослужился до унтер-офицера, ушел с белой армией в эмиграцию. Чагдар, средний сын, стал красноармейцем, судьба побросала его в Монголию, на коллективизацию в родные Сальские степи, на учебу в Ленинград, снова на руководящую работу домой, в бега от чисток, на фронт Великой Отечественной, на поселения в Сибирь. Младший, Дордже, отданный по обету в хурул (буддистский храм) глубоко верующий, средний жребий между юродивым и святым.

Судьба младшего поколения, детей Чагдара Володьки (угадайте, в чью честь), Йоськи, Нади (в честь Крупской) и Розы (Люксембург, вестимо), которая началась как жизнь образцовых советских детей, продолжилась совсем иначе после депортации. Калмыков принудительно переселяли так же, как чеченцев и крымских татар, только их не в Азию, а в Сибирь. И эта часть книги невыносимо тяжела, такой неумолчный стон, хотя заплакала я только в части Алма-Аты, уже после ссылки. Такие яркие. через край наполненные витальностью персонажи, роскошный язык с филигранными речевыми характеристиками; ряд ярчайших сцен, на которые повествование не распадается, но они отмечают движение рассказа вешками. Для меня самая мощная и обнадеживающая - уход в абсолют монаха-затворника из ленинградского буддистского дацана.

Ровно три года назад я рассказывала о "Высокой крови" Сергея Самсонова, эпического масштаба романе о донских казаках, моей Книге года 2021, которую тоже узнала благодаря лонгу Большой книги. К несчастью. один из ведущих критиков зарубил ее на старте смешной, злой и несправедливой рецензией, в которой сравнивал с "Тихим Доном" и бабелевскими "Донскими рассказами", похоже, не читая Надеюсь, нынешнее жюри БК найдет время прочесть "Улан Далай". Или послушать, аудиокнига в исполнении Алексея Багдасарова чистый восторг.

Не скажу, что мне не понравилось, но в последнее время у меня все четче формируется нечто вроде предубеждения: современная книга «о том времени» (неважно, каком) почти никогда не будет так же хороша, как написанная тем, кто сам через это прошел. Чего-то в ней не хватает такого, неосязаемого, что цепляет, заставляет проживать события вместе с героями и верить автору. И потому я все чаще избегаю современной литературы в виде семейных саг, книг о войне, репрессиях и т.п. Насчет романа Натальи Илишкиной я тоже сомневалась, но в итоге все же решила попробовать: хорошие отзывы, незнакомая ни с какого бока история Калмыкии, ну, и заодно возможность закрыть регион в игре. И неплохая аудиоверсия, что тоже плюс. Но впечатление в итоге осталось такое же не совсем определенное: как будто чего-то не хватило, несмотря на то, что книга написана хорошим языком, а в сюжет вошли воспоминания собственной семьи автора, а также, очевидно, и других людей, живших в описываемое время.

«Улан Далай» – роман о трех поколениях семьи калмыков Чолункиных, начиная с XIX века и службы «белому царю» и заканчивая 1950-ми, уже после смерти Сталина.

Дед, Баатр, родился еще в то время, когда его народ вел кочевой образ жизни, пас табуны лошадей, жил в кибитках и считал страшным грехом копать землю с какой бы то ни было целью. Баатр пережил гибель старшего брата в русской-японской войне, смерть родителей от эпидемии. Но с молоком матери он впитал традиционные ценности и уклад жизни. Род обязательно должен быть продолжен. Слово старшего мужчины в семье – закон. Жену выбирают старшие родственники. Младший брат должен отдать сына на воспитание старшему, если тот бездетен. Баатр все это принимал и подчинялся традициям, но сам человеком был добрым, даже если это не было в обычае. Да и потом, уже сам став главой семьи, Баатр отличается мудростью и терпимостью. А еще – удивительным фатализмом, способностью как принять как будто бы любые удары судьбы и отнести их на волю богов, что особенно выражается в его размышлениях в самом начале романа, когда всех калмыков депортируют в Сибирь.

Сын, Чагдар – уже человек иного поколения. Его молодость пришлась на период Гражданской войны, где, как и во многих других семьях, он оказался по разные стороны баррикад с собственными братьями. Его старший брат – ярый приверженец старых традиций, младший – религиозен до блаженности, что в новом обществе уже просто опасно, сам же Чагдар скорее волей случая, чем по убеждению, оказался на стороне красных, а потом и вовсе партийным работником. Многое выпадет на долю семьи за это время – и хорошие времена, и не очень – и Чагдар все время будет балансировать на грани, никогда не будучи до конца уверенным, как поступить правильно: вот есть приказ, а вот живые люди. Сегодня он кого-то выселяет, а завтра, возможно, наступит и его очередь. Сегодня у него и его семьи все, в целом, хорошо, а уже завтра он в бегах и не уверен, что увидит еще своих.

Внук, Александр (при рождении – Иосиф) перехватывает нить повествования уже в Сибири, куда калмыки, в том числе и семья Чолункиных, были выселены во время Великой отечественной войны. Он из тех, кто рожден уже в СССР, далек от старых традиций, с детства грамотен и мечтает не пасти коней, а иметь какую-нибудь современную профессию, вроде летчика. Но и ему предстоят свои испытания: нападение немцев на родные места, смерть матери, депортация и необходимость приспособиться, сжиться с новыми условиями, осознать, что мечтам вряд ли дано когда-нибудь осуществиться… А потом – начинать жизнь заново.

Это мог бы быть своего рода калмыцкий «Тихий Дон», и место действия близкое, и темы отчасти совпадают, потому невольно начинаешь сравнивать. Но на самом деле, книге далеко до романа Шолохова и по размаху, и по силе воздействия. «Тихий Дон» пробирает до глубины, заставляет проникнуться судьбой каждого третьестепенного героя и за ним увидеть еще многие и многие судьбы разных людей. «Улан Далай», охватывая больший временной промежуток, проходит больше по поверхности, дает некоторый экскурс в историю, но задеть так же сильно не может даже судьбой главных героев.

Отчасти на это влияет и структура повествования: жизнь семьи показывается отрывками, каждый раз перескакивая несколько лет, как будто кто-то перемотал пленку семейной кинохроники. Это, конечно, оправдано, т.к. невозможно подробно описать несколько десятков лет жизни. Но неоднократно такой «перескок» совершался в критические, сложные для героев моменты, и было бы, наверное, правильнее дать читателю увидеть, как они эти моменты проживают, а в итоге получается: вот тут он попал в непонятную ситуацию, а вот вам переход на пару лет вперед, когда эта ситуация уже так или иначе разрешилась. Все проходит, и это тоже пройдет. Притом за кадром могут остаться и очень важные события, о которых потом нам упомянут задним числом.

В целом же, могу сказать, что роман слушался достаточно ровно и спокойно. Было интересно про бытовой уклад и традиции, про кое-какие местные особенности, в том числе, в контексте исторических событий. Но вот именно погружения, сопереживания истории семьи Чолункиных, а в их лице – и многим другим, мне не хватило. Как раз того, о чем писала в начале рецензии – чего-то такого, что могут иные авторы вдохнуть в свою книгу и что заставило бы меня до конца и осознать и поверить в их реальность, прочувствовать эту их жизнь. А потому и оценка субъективно снижена.

Не считаю правильным оценивать произведение, прочитанная мной часть которого составила лишь 30%. Скажу откровенно, бросила, потому что было скучно и не хотелось тратить своё время на не интересную для меня книгу. Тот случай, когда нечем заняться и можно посвятить время своему любимому делу - чтению, а книгу в руки брать даже не хотелось. И это не потому, что роман плохой, нет, он отличный - яркие события, колоритные герои, но слишком много бойни, сопротивления системе, много политики, и всё это действо происходит в начале 20 века. Были очень интересные моменты сватовства, женитьбы - вот про это я бы почитала с удовольствием, как говорится, про жизнь, но нет, борьбы и выживания там гораздо больше, поэтому я не стала читать дальше.

А так да, автор большая молодец - видно, что отлично знает то, о чём пишет, интересуется народом, о котором повествует, историю изучила, так что своего читателя книга найдет, не сомневаюсь.

Рецензия, как обычно, не претендует на истину, оставила для себя, чтобы не забыть о знакомстве с романом.

Большой исторический роман о трёх поколениях одной калмыцкой семьи — с конца XIX и до середины XX века. На это время пришлось множество потрясений и бед: две революции, две мировые войны, Гражданская война, тяжелые голодные годы, эпидемии, депортации по национальному признаку и многое другое.

Все эти невзгоды семья Чолункиных в полной мере испытала на себе. И воевали, и с властями были в непростых отношениях: в Гражданскую старший сын был за белых, средний - за красных. И по национальному признаку потом пострадали все, когда калмыков депортировали в Сибирь за то, что часть людей этой национальности сотрудничала с немецкими захватчиками и воевала на их стороне (при том, что большая часть этого народа была верна Отечеству и воевала в рядах Красной армии).

Книга эта интересна не только повествованием о непростых судьбах, но и историческими, и культурологическими сведениями о довольно многочисленном народе нашей страны — калмыках; об их традициях, верованиях (большинство исповедует буддизм), фольклоре, семейных ценностях и обычаях. В книге упоминаются также, например, традиционные блюда и рецепт калмыцкого чая (я взяла его на заметку).

Мне понравилось, что основной идеей книги является мысль о том, что месть — это не лучший выход (зло порождает зло, и этот порочный круг вовлекает всё новые жертвы), а также ценность семьи, рода (род для человека как корни для дерева) — это справедливо для любой национальности.

Глубокая книга, и написана прекрасно. Я люблю произведения, основанные на исторических и архивных справках, о судьбах людей в непростое время, о нравственном выборе. Есть о чем задуматься.

У книги есть прекрасная аудиоверсия, которую читает Алексей Багдасаров.

До начала чтения ждала чего-то похожего на Гузель Яхина - Зулейха открывает глаза . Да, на историческом материале, да, до слез, но очень нежно-женское. Нет, это не плохо, но что-то не много не то.
Тут же мы имеем нечто другое. Действие охватывает период с 1874 и до 1957 гг. , место действия меняется, то калмыцкие степи, то Москва, то Петроград, то вообще Казахстан и Монголия. Но большая часть именно в Калмыкии. Автор сосредоточивает свое внимание на 3 поколениях семьи Чолункиных - дед Баатр, отец Чагдар и сын Иосиф (Александр). Баатр - это наследие предков, он воплощает лучшие (и худшие) черты калымыков. Он умен (и только в 30 лет научился писать), суеверен, любит жену и сыновей, пошел бы далеко, но случилась революция, и, самое главное, он исполнитель эпоса Джангр. Чагдар - ровесник века, средний сын Баатра, он из того поколения, которое родилось в горнилах революции. Он сразу встал на сторону красных, с 17 лет воюет. Он был и в Монголии, и проводил коллективизацию на Дону (сколько семей сослал?), всегда был честен и предан делу Партии. Далеко бы пошел, но случился 1937 год, и только чудом удалось избежать ареста. Иосиф (в ссылке Александр) - второй сын Чагдара. Он из того поколения, для которых колхозы были всегда и сложно представить, что раньше было иначе. Именно его глазами мы видим боль и слезы во время высылки, именно он больше отца и деда отвечал за семью, именно он не дал сломаться преемственности поколений. В советское время он далеко бы пошел, но он - из неблагонадежной нации. Но эпилог (мааахлнький кусочек нашего века) показывает, но в его жизни всё сложилось хорошо.
Книга очень мощная, и автор не размусоливает все горести и несчастья героев. Каждый из них - личность (даже второстепенные), каждый имеет свои убеждения. Тяжело живется, но никто не может выбрать время и место рождения.
На мой взгляд, одна из лучших семейных саг 21 века!

Я совершенно не объективна к этой книге, потому что я очень люблю Калмыкию. Стоит попасть в Элисту и ты как будто за границей любуешься пагодами, Хурулом, кушаешь вкусные национальные блюда и пьешь кумыс. И было очень интересно погрузится в прошлое калмыков.
В книге затронуты многие события: Японской, гражданская, Великая отечественная война, и советское время.
Во первых я не ожидала, что были гонения Калмыков и ссылки их в Сахалин. Больше всего мне понравилась часть с Советским временем. Описание мыслей партийного человека. И очень мне понравилось описание жизни семьи в ссылке.
Я считаю автору отлично удалось показать характер каждого героя, передать колорит калмыков.

Захватывающая семейная сага о трех поколениях донских калмыков в непростой период истории - первую половину XX века. Каждая глава начинается с каких-то звуков: "улан далай, улан далай" стучат колеса, везущие поезд со спецпереселенцами в Сибирь, "бруф-бруф" ломится ветер в белые стены войлочной юрты, "чвак-чвак" чавкают копыта коня по весенней грязи, "дырлин-дырлин" звенят струны дедовской домбры. И это настраивает на особый лад - казалось бы, сколько всего уже было написано и про революцию, и про гражданскую войну, и про коллективизацию, и про репрессии, и про Великую Отечественную, и про депортации, однако с точки зрения калмыков - одного из двух буддийских народов в России - я до этой книги еще ничего не читала, и мне было очень интересно прикоснуться к истории и культуре этого народа, который несмотря на свою малочисленность еще и внутри себя делится на торгутов, дервютов, хошутов, хойтов и бузавов и спорит между собой, какая ветвь те самые настоящие калмыки.

Первая часть идет от лица деда Баатра Чолункина, который почти единственный в семье не воевал ни в одной из войн. Его брат погиб на русско-японской, а два старших сына Очир и Чагдар повоевали и в германской (только Очир, Чагдар был еще молод), и в гражданской (причем по разные стороны - Очир как царский офицер-белогвардеец, а Чагдар на стороне Красной армии, поверив ленинским идеям), и в Великой Отечественной. Часть про Баатра самая традиционная, там показаны быт и нравы калмыков в царские времена до революции, их патриархальный уклад жизни и буддистские верования. Они уже не кочевой народ, но все же традиции сохраняются, так, например, согласно заветам предков выдергивать из земли корни нельзя, потому что голод и бесплодие будет, а уж железо в землю втыкать и вовсе смертный грех. Однако ж жить захочешь, и так раскорячишься, и вот уже сеют они картошку да выкапывают урожай.

Часть про Чагдара самая объемная, ну оно и неудивительно, на его жизнь самые драматичные события и перепали. Герой Гражданской войны, он быстро стал большим человеком и партийным начальником, и именно под его руководством проходили раскулачивание, коллективизация и чистки несогласных. Сквозила в нем человечность, но такая, родом из лихих времен - так, например, одну семью собирались сослать в Сибирь, но мать семейства взмолилась, что у них маленькие дети и на севере они не выживут, так Чагдар придумал элегантное решение проблемы: кулака-отца семейства оформить по первой категории (расстрел), а мать с детьми не выселять по причине потери кормильца. Своему глубоко верующему и постоянно молящемуся брату Дордже Чагдар выправил справку о душевном нездоровье, дабы чего не вышло, старшего упросил закопать царские ордена. А в 37 году чистка пошла уже и среди самих партийных, и чтобы до него не добрались, Чагдар жену и детей отправил на море, а сам решил схорониться в большом городе. Выбор пал на Ленинград, где он учился в Институте живых восточных языков и имел множество знакомых со студенческих времен. Но город был уже не тот - очень многие люди пропали без вести после ночных арестов, а те, кто еще остались, смертельно боятся и не доверяют никому. У него уже опускались руки, когда он вспомнил об одном странноприимном месте - открытом еще при царе дацане, который принадлежал Тибето-Монгольской миссии в СССР, находящейся под покровительством Наркомата по иностранным делам и поэтому в 1937 году еще работал. Работает он, кстати, и сейчас, думаю, в следующей поездке в Петербург туда заглянуть. В дацане, который по-калмыцки называется хурул (я в такой калмыцкий монастырь недавно продавала книгу про Далай-ламу) он и пересидел все самые лютые репрессии, пережил закрытие дацана и переоборудование его в спортивный комплекс, и прикоснулся к чуду - помог монаху-затворнику выдержать весь срок обета (три года, три месяца и три дня) и потом увидел, как тот уходит в тело света. Уж не знаю, насколько этот мистический компонент уместен в романе, но старая теософка Ираида Степановна, давняя почитательница Блаватской, с которой Чагдар (которого в дацане знали как Гайдара Петровича) крепко сдружился, убедила его в том, что он стал свидетелем подлинного чуда.

Когда началась Великая Отечественная война, Чагдар и его старший брат Очир едва снова не оказались по разные стороны баррикад - брат по старой памяти повелся на немецкую пропаганду, но Чагдар вовремя успел его остановить и потащил вместе с собой записываться добровольцами в кавалерийскую дивизию. Его жена Цаган с детьми, на тот момент уже четырьмя, и бездетная невестка Булгун остались на хуторе. Но это был страшный сорок второй год, когда армия попадала в окружения и солдаты погибали тысячами в котлах, на переправах, под бомбежками и артиллерийским огнем, и следующая часть, от лица среднего сына Чагдара Иосифа, начинается с депортации калмыков куда-то в Южную Сибирь.

Старому Баатру повезло, что оба сына вернулись с фронта, пусть старший сильно контуженный, а младший с обострившейся болезнью легких, однако до нового места жительства доехали не все: как-то походя упомянули, что жену Чагдара расстреляли немцы (почему? за что? ноль информации), годовалая Роза не выдержала тягот пути, а блаженный Дордже не заметил приближающийся поезд, секунда - и нет человека. Но на фоне разворачивающейся непрерывной трагедии их особо никто не оплакивал, похоронить удалось только Розу, потому что младенец легкий и нести его трупик не составляло труда. Осваивание на новом месте, тяжелый труд на лесоповале, грубые и хамовитые начальники, которые в своей глубинке ведут себя как царьки, потому что до Сталина далеко, а на местах работать надо, а со спецпереселенцами церемониться не пристало. Однако даже в этих адских условиях жизнь продолжалась, дети росли, старики старели, отгремела война, умер Сталин, начали реабилитировать депортированные народы, и закончилась книга на уже постаревшем Иосифе, который в ссылке сменил имя на Александр, да так под ним и прожил жизнь, вернувшемся на когда-то родной хутор.

Автор тонкой нитью через весь роман ведет мысль о том, что месть - очень плохое чувство, и рано или поздно этот порочный круг придется разорвать, потому что иначе кровь будет литься бесконечно, а калмыцкий народ маленький, его надо беречь. И во многом выжить ему помогла буддистская вера в то, что следующая жизнь точно будет лучше и счастливее.