Профессиональный некромант. Мэтр на охоте

— Дык этот ирод, чтоб ему пусто было, на козлах заснул! — всплеснул руками мальчишка. — Жара была днем, вот его, пьянь подзаборную, и сморило! Я уж по темноте его нашел, растолкал с трудом, сам за вожжи взялся, да только смотрю — повалился он с козел-то! И башкой прямо в обочину ткнулся! Только хрюкнуть и успел напоследок! Я его на телегу давай затягивать, а он сползает! Раза три пытался, все никак удержать его не мог — тяжелый дядька-то. А тут мерин наш от сивушных паров вдруг ка-а-ак взбрыкнет! Да ка-а-ак рванет! Вот постромки и лопнули! А дядька мой… того… снова навернулся с телеги, да на этот раз как упрямый баран — наперед! А потом как мордой-то приложился со всей дури об оглоблю… С тех пор даже не мычит! Только икает иногда и дышит через раз! Перепугался я от ентого чуть не до мокрых штанов: вдруг помер мой кормилец?! А кудыть его девать было? Ближе замка только погост, но ему туда вроде… того… рановато как-то.

Когда из кустов с шумом и треском вывалилось истошно вопящее чудо, троица скучающих старшекурсников удивленно обернулась. Правда, как оказалось, повода для беспокойства не было — ход тренировочного поединка нарушать никто не собирался. Просто один из мелких, кажется, забрел не туда и, чего-то испугавшись, понесся вдоль полигона с достойной уважения скоростью, тараща испуганные глаза прямо перед собой и явно не замечая ничего вокруг. Рыжие волосы стояли дыбом, упрямо выдвинутый подбородок был щедро вымазан в чем-то зеленом, перепачканная в земле мантия выглядела поношенной тряпкой, а тяжелая сумка с таким смаком поддавала под тощий зад, заставляя адепта нелепо подпрыгивать, что «светлые» не сдержали усмешек.

Нич оказался прав — новый день выдался долгим, суетливым и таким же утомительным, как все предыдущие. Да и вечер получился насыщенным — за окном уже давно стемнело, а я так и не нашел времени поужинать. Только и того, что успел засветло вернуться в замок, проверил текущие дела, разобрал скопившиеся бумаги, а теперь отчаянно зевал, стараясь не поддаваться усыпляющему действию барабанящего за окнами дождя.
— Звал? — кратко поинтересовался Лог, бесшумно переступая порог кабинета. Ровно в тот самый миг, когда я уже заканчивал делать последние записи и лениво размышлял о том, куда отправиться ночевать. До собственной спальни было ближе, но я всерьез полагал, что без Нича, который остался присматривать за Лонером и создавать агентурную сеть из призраков, снова просплю начало занятий. Возвращаться же в Академию было откровенно лень — наверняка выспаться не дадут. А я так ценю свое свободное время…

Господин Грабис окинул раздраженным взглядом закрытые ворота и недобро процедил:
— Интересно, тут вообще кто-нибудь есть?
— Я никого не вижу, — попытался задрать голову фон Воррэн. — Только эти уродливые птицы на стенах, от которых у меня прямо мурашки по коже. Такое впечатление, что они вовсе не каменные… умели же в старину некроманты пугать народ!
— Это обычные статуи, — нахмурился Абирус Грабис, следом за толстяком всматриваясь в медленно дрейфующие над каменными зубцами клочья тумана. Вероятно, магического, потому что он постоянно менял свою плотность, становясь то реже, то плотнее, из-за чего временами создавалось впечатление, что сидящие на стенах каменные горгульи двигаются. Мелькнет, к примеру, одна такая харя, злобно раззявит пасть и тут же исчезнет за набежавшим белесым облачком. Потом туман немного отступит, и тебе покажется, что на месте одной горгульи уже сидит совсем другая — с широко распахнутыми крыльями, ехидно прищурившаяся или нагло задравшая хвост прямо над твоей головой.