Проклятые приносят несчастья

Красивое место. Будь он древней ведьмой, с удовольствием поселился бы в таком замечательном месте. Быстрая горная река, горы, лес, птички поют, солнышко ласковое. Что ещё нужно для счастья?
А главное, неисчерпаемый источник дикой магии. Бери - не хочу.

Мало того, что им приходилось обрекать на гибель ни в чём не повинных проклятых, так ещё и сами они рисковали закончить свои дни в психушке. Но кто-то должен был сделать эту работу. Рискнуть собой и парой проклятых, чтобы все остальные могли и дальше вести своё бесцельное существование, самостоятельно решая, на что тратить жизнь.

Ещё одна одинокая душа. Настолько одинокая, что полез по мокрым камням к проклятой, в надежде, что она поймёт его одиночество и не сбежит, оглашая окрестные горы дикими криками.
Разве могла Зоя отказать в общении кому-то, кого, как и её, заклеймили уродом, за то, над чем она не властна?

Тут и не знаешь, что страшнее: выжить или умереть

У всякой ведьмы должен быть гримуар. Книга, в которую она записывает новые заклятья, заметки, ритуалы. Найти такую оказалось сравнительно просто. В красном углу за иконой.
В столь необычное место его привел опыт, примерно три из пяти ведьм прятали туда свои записи. Никому в здравом уме не придет в голову совмещать икону и гримуар. Кроме ведьмы без воображения.  Будь у неё воображение, не прислуживала бы более сильной ведьме. Хотя, с дикими ведьмами Особого выбора нет. Либо служба, либо смерть.

Я бы мог пожалеть его, но его жертв мне жаль гораздо больше.

- Он не виноват, что стал ликаном. Он этого не выбирал.
– Он выбрал жить с этим, – Кирилл посмотрел на девушку, и та, запнувшись, замолчала. – А мне приходилось видеть… – теперь уже он невольно запнулся, – как порой родные, желая уберечь кровиночку, запирают его в подвале. Но он вырывается. Всегда вырывается. Он нападает не ради еды или защиты территории. Он не видит разницы между вооружённым мужчиной или ребёнком, спрятавшимся в шкафу. Он найдёт и убьёт. Всех.