Цитаты из книги Клитемнестра

Он её не сломит. Это она сломит его.

Я выбрал тебя, Клитемнестра, потому что ты сильная. Так перестань быть слабой.

Она рассматривает каждую картинку, каждый сочный оттенок, каждую ложь, что стоит за ними.

Он очень острый, но об том никто не подозревает. Все смотрят на его красоту.

Мы скоро увидимся. Сейчас наши жизни будут разделены, но мы найдем дорогу обратно друг к другу, так же как вода всегда находит способ обогнуть камень.

Ты должна научиться видеть, что тебя окружает, и использовать это, пока не использовали тебя

Но месть хороша, когда идет рука об руку с терпением. А терпение, оно как дитя - его нужно кормить, чтобы оно крепло, подпитывалось от горя, пока не разъярится, как бык, и не станет смертоносным, как ядовитое жало

Чем сильнее хочешь что-то забыть, тем меньше можешь противиться воспоминаниям

Ты не научилась принимать поражение и не поняла, что если хочешь добиться чего-то от мужчин, нужно позволить им верить в то, что все решают они.

Страх - это ключ, отпирающий множество дверей.

На свете нет никого могущественнее женщины с сильной волей.

Ты говоришь, что не разбираешься в политике, но ты разбираешься в людях. Это практически одно и то же.

Ксения – закон гостеприимства, одно из ключевых понятий древнегреческой культуры, согласно которому покровительство и щедрость к гостю является моральным долгом.

Гимнасий – место для тренировок. Произошло от слова «гимнос» – «голый», так как все мужчины (а в случае Спарты и женщины) тренировались обнаженными.

Апофеты – ущелье в горе Тайгет, куда спартанцы сбрасывали преступников и больных младенцев. Эта теория принадлежит Плутарху, но, согласно результатам археологических раскопок, тела сброшенных со скалы принадлежали узникам и предателям, но не детям.

В розовом свете черты его лица кажутся размытыми. Он остриг волосы, шрамы на его лице постепенно начинают светлеть. Волка наконец приручили.
Он тянется к ней, их руки соприкасаются.
– На мгновение мне показалось, что ты предашь меня, – говорит он. – Но ты не стала.
– Ты разве не знал, что я никогда не предаю тех, кто мне верен?

Когда-то она задавалась вопросом: «Что значит быть царицей?» Теперь она знает. Быть царицей значит осмелиться сделать то, что не могут другие.

– Нельзя одновременно добиться справедливости и всеобщего одобрения, – говорит Эйлин.

Мне не нужно всеобщее одобрение, только одобрение моих дочерей.

Но Электра отвечает:
– Меня восхищают сломленные люди.