Они, наверное, решили, что я пошутил; впрочем, я сам до конца не понял, шутил я или нет.
Потому что мы живем в безумном мире, и он станет еще безумнее, если мы позволим меньшинствам – будь то карлики, или гиганты, орангутаны или дельфины, ядерные психи или певцы чистой воды, компьютерные фанатики или неолуддиты, простаки или мудрецы – вмешиваться в эстетику. Да, реальный мир – это игровая площадка, где могут собираться какие угодно группы, и им вольно сочинять свои законы или отказываться от них. Но кончик носа любой моей книги, любого рассказа, любого стихотворения – это то место, где их права заканчиваются и начинаются мои территориальные императивы: управляй и властвуй. Если мормонам не нравятся мои пьесы, пусть пишут свои собственные. Если ирландцам ненавистны мои дублинские рассказы, пусть берут напрокат пишущие машинки. Если учителя и составители школьных учебников по грамматике полагают, что от моих зубодробительных фраз у них расшатываются молочные зубы, с которыми только кашку впору кушать, пусть едят черствые кексы, вымоченные в бездарном слабеньком чайке их собственного производства. А если интеллектуалы-«чиканос» хотят перекроить мой рассказ «Чудесный костюм цвета сливочного мороженого», чтобы он превратился в «зут», то пусть у них расстегнется пояс и свалятся штаны.
Ваша оценка
vikafreeda14 июля 2012
11 понравилось1,2K
starredreverie28 ноября 2011
xeladil6 августа 2010
shvayak15 сентября 2009
samandrey29 августа 2023
Arsveider17 июля 2022
Anutavn3 апреля 2015
DariaaK26 апреля 2014
Malinina6 ноября 2013
MissShanty19 декабря 2012
podluy_murk27 августа 2012
