Ферма жывёлаў

Личное пространство, сказал он, это такая ценность. Каждому нужно место, где можно иногда побыть одному. А уж когда завелось у человека такое место, то каждый, кто об этом знает, должен помалкивать из соображений простой вежливости.

Когда соблюдаешь правила в мелочах, можешь нарушать по-крупному.

Каждый, кому нет сорока пяти, способен дотянуться до пальцев ног. Не каждому выпадает честь защищать родину на передовой, но хотя бы держать себя в форме может каждый.

Недееспособное государство раньше или позже будет побеждено, а дееспособность не может опираться на иллюзии. Кроме того, чтобы быть дееспособным, необходимо учиться на уроках прошлого, а для этого надо более или менее точно знать, что происходило в прошлом.

Худший враг, подумал он, это собственная нервная система.

Если меня заставят разлюбить тебя, вот что будет настоящим предательством.

В завоевание мира тверже всего верят те, кто знает, что оно невозможно.

Реальность существует в человеческом разуме и больше нигде.

- Невозможно построить цивилизацию на страхе ненависти и жестокости. Она не продержится долго.
- Почему же?
- В ней не будет жизни. Она разложиться. Совершит самоубийство.

Чем меньше выбор слов, тем меньше искушение задуматься.


Each reduction was a gain, since the smaller the area of choice, the smaller the temptation to take thought.

В отделе литературы секцию Джулии сняли с романов и бросили на брошюры о зверствах.

...дело вовсе не в том, что тебя кто-то услышит, а в том, что ты сам остаешься в здравом уме.

иерархическое общество может существовать лишь на фундаменте бедности и невежества.

Страшно, что все это, может быть, теперь уже правда, – все, что нам врут. Если Партия может запустить руку в прошлое и заявить, что того или иного события никогда не было, не страшнее ли это любых пыток и даже смерти?

... общий рост благосостояния угрожает иерархическому обществу гибелью, а в каком-то смысле и есть уже его гибель.

Свобода - это свобода утверждать, что дважды два - четыре. Если это дано, все остальное следует из этого.

"И вдруг оказывалось, что ненависть Уинстона обращена вовсе не на Голдстейна а на Старшего Брата, на партию, на полицию мыслей;в такие мгновения сердцем он был с этим одиноким осмеянным еретиком, единственным хранителем здравомыслия и правды в мире лжи. "

Находится в меньшинстве, хотя бы даже совсем одному, не означает безумия. Есть правда и есть неправда. Если ты держишься правды, пусть даже против всего мира, ты не безумен.