В этих гнилых стенах

Никогда не понимал людей, которые, будучи целыми и здоровыми, с двумя руками и ногами, попрошайничают у прохожих. Я бы, наверное, сгорел со стыда при первой же попытке и скорее предпочел бы сдохнуть от голода.

«Меня любила госпожа Фортуна, но часто целовала Смерть...».

Человек, которому есть что терять, всегда может сжать зубы и опуститься на колени, и нет ничего позорного в этом страхе. Но человек, у которого хотят отнять все, не будет знать страха ни перед чем.

«Мы все совершаем ошибки. Кто-то на них учится, а кто-то упрямо игнорирует, продолжая делать всё новые и новые».

Подолгу изучая старые статьи, обсуждая всевозможные события, предшествовавшие казни моих родителей, мы с Рише пришли к выводу, что мой отец был не самым хорошим человеком. К тому времени боль утраты притупилась. Осталось лишь желание выжить и какая‐то детская обида на отца – за то, что не уберег семью.

Рабочих мест никогда не хватало, чем и пользовались недобросовестные работодатели. Они сразу искали себе ребят, которые согласны работать сутками за копейки, и находили – ведь эти дети не знали цену труду, не знали, какие деньги зарабатывают люди на нормальной работе с девяти до шести с обеденным перерывом.

Как я ненавидел этот момент! Будучи переполнен энергией, я должен был ложиться в кровать и валяться там целый час! Думаю, если ад все‐таки существует, то это – одна из коварнейших его пыток.

Наивный, я был уверен, что нашел друга, а друг был убежден, что я его использую.

– Обращайся. Если не секрет, зачем ты притворяешься, что не знаешь нашего языка?
– Люди думают, что я не понимаю, и говорят при мне много-много лишнего. Чего при тебе бы не сказали.