Портфель учителя

До весны ещё далеко, но мне почему-то казалось, что она стала немного ближе, чем была, когда мы только зашли в бар.

На календаре была уже весна, но дни пока были коротки. Правда, короткие дни гораздо легче воспринимаются в пору зимнего солнцестояния, когда ночь будто гонится по пятам. Тогда ты знаешь, что все равно скоро стемнеет – а значит, гораздо легче переносишь навевающий тоску вечерний полумрак.

Надо же, как много живых существ меня окружает… Удивительно! В городе я всегда одна, иногда – вдвоем с учителем, и я думала, что по-другому быть не может. В городе живут только крупные живые существа – так я считала. Но даже в городе, если внимательно присмотреться, обнаружится множество окружающих тебя созданий.

– Не люблю холода.
– Зато зимой еда вкусная.

Я же, думаю, так и не стала по-настоящему «взрослой». В начальной школе я была довольно взрослой. Но в средней школе, а потом и в старшей, и после время словно повернулось вспять – я постепенно свою взрослость теряла. Прошло еще какое-то время, и я стала совсем уж инфантильным человеком. Возможно, я просто не могу подружиться со временем.

Спустив воду и наскоро вымыв ванну, я гордо прошествовала в комнату нагишом, с одним только полотенцем на голове. В такие моменты особенно радуешься уединению.

Дни становятся длиннее, сумерки растягиваются, и мысли о солнце, что все никак не заходит, выбивают почву из-под ног. Но вот солнце садится, и в следующий миг тяжелой волной накрывает одиночество.

Тем вечером мы выпили пять бутылочек саке на двоих. Счет оплатил учитель. Во время нашей следующей встречи платила уже я. В третий раз мы попросили раздельный счет и каждый платил сам за себя. С тех пор мы всегда так делаем. Почему мы все еще продолжаем ходить в этот бар? Наверное, мы просто не можем иначе. Мы не только предпочитаем одинаковые закуски - уверена, отношения с людьми мы тоже строим одинаково. Он старше меня на три десятка лет, но мне он кажется намного ближе сверстников.

Мы шагали, влекомые окружающей толпой, и порой я теряла его из виду. В такие моменты я искала учителя, следуя за макушкой его панамы – только ее и было видно в толпе. Сам же мужчина совершенно не обращал на меня внимания. Он замирал у каждого заинтересовавшего его киоска, словно собака, что останавливается у каждого столба.

С учителем мы видимся не так часто, что вполне логично – ведь мы даже не пара. Даже когда мы не видим друг друга, он не отдаляется. Учитель всегда остаётся учителем. И этой ночью он тоже обязательно где-то есть.