Цитаты из книги The Pucking Wrong Number

К черту любовь, Монро. Любовь — это ничто. Ее можно испытывать к кому угодно. А я к тебе чувствую боль. Часть моей гребаной души живет вне моего тела, и я наконец нашел ее! И если потеряю ее теперь, то просто умру. Вот, что между нами. Любовь - это бледная пародия для тех, кому не повезло найти свою родственную душу. А между нами с тобой - все.

Он пристально смотрел мне в глаза, а я в очередной раз задумалась, нормально ли, что мы вели себя так безумно? Сможем ли мы пережить такую силу чувств? Или оно овладеет нами и в конечном счете уничтожит нас обоих?

Моя девушка – самая сексуальная женщина на планете, конечно я перестраховался. Знакомство в самолете – это, мать его, история из гребаной романтичной книжки. Не бывать этому.

Безымянная девушка пыталась флиртовать со мной, прикасалась ко мне нежно и неторопливо, а затем совершенно случайно задела меня ниже пояса ладонью.

Неожиданно даже для себя я схватил ее за шею и оттолкнул от себя.

– Никогда больше ко мне не прикасайся, – прошипел я, отчего съемочная команда оторопела и замолчала.

Мы оба знаем, что твое достоинство

и при свете дня не разглядеть,

не то что почувствовать внутри.

В аудиторию я вошла, наверняка напоминая утонувшую крысу.

"Я смотрела в окно на ослепительный город и вдруг услышала, как позади со щелчком открылась дверь. Я не обернулась. Просто следила за отражением в окне, как он идет прямо ко мне. Линкольн обхватил меня руками и лицом уткнулся мне в шею, словно мы разлучались на недели, а не на несколько часов. Я почувствовала облегчение. Пугающее, сногсшибательное облегчение, которое можно ощутить, только воссоединившись со своей душой, которая живет в теле другого человека."

Где-то раздавались отдаленные звуки музыки. В воздухе витал запах сигаретного дыма. Большинство окон покрывали слои пыли и копоти. На полу валялся мусор, всюду лежали пустые пивные бутылки и обертки от фастфуда. У комплекса не имелось своей парковки, поэтому тронутые ржавчиной легковые автомобили и грузовики стояли вдоль всей улицы, и у некоторых даже отсутствовали стекла или были помяты двери.

– Черт, должно быть, вечеринка что надо. Здесь крабовые котлеты с чесночной корочкой, – Калеб одобрительно присвистнул. Я кивнула, хотя меня мало волновал размах этой вечеринки. Я лишь надеялась, что по ее окончании на кухне останется то, что можно будет унести с собой домой, только бы отложить поход за продуктами, то есть за вечной лапшой быстрого приготовления, еще на пару дней.

Оставалось всего несколько часов. А я способна выдержать что угодно, если это длится всего несколько часов, верно?

– Линкольн… – Мы сейчас же придем к взаимопониманию, – прорычал он, а потом швырнул на кровать и начал раздеваться. Я же в это время смотрела на него широко раскрытыми глазами. И очень возбуждалась.

Я отвела взгляд. Меня ошеломляла сила его чувств, я рисковала задохнуться от эмоций, утонуть в них, потому что прежде ничего подобного не испытывала. Все происходившее сводило с ума, но в итоге он лишь погладил меня по щеке. Вдруг возникло странное желание заплакать, ведь до него никто не обращался со мной так. Словно я была бесценной. Желанной. Достойной.

В ее взгляде отражалась боль… та же боль, которую я испытывал каждый гребаный день. Эта девушка способна меня понять.