Безжалостный соперник

А как мы все знаем, гении часто мучаются от того, что приходится иметь дело с идиотами вокруг. А как мы знаем, девяносто девять процентов населения – идиоты.

Я бы хотел знать, чего стою. Честность – лучшая политика.

Счастье было чем-то, что принадлежало другим людям, которых мы не знали: они жили на других улицах и у них была совершенно другая жизнь.

"Я бы назвал тебя идиотом, но тогда все идиоты в мире обидятся на меня."

Тогда я впервые поняла, что у любви была и другая сторона: тёмная и колючая, словно проволока, которая была прогнившей и полной гноя.

Человек, кроме всего прочего, материальная вещь, которая легко ломается, и ее не так просто починить.

Иэн Макьюэн «Искупление»

Я кинула в корзину еще одну книгу, совсем новую, написанную начинающим автором. Мне просто понравилась обложка. Она выглядела как одна из тех историй, которые разорвут сердце на части, а все остальное положат в миксер.

— Терпеть не могу адвокатов.
— Я тоже. – Он кинул быстрый взгляд на часы от фирмы Patek Philippe

"Если ты ничего не потеряешь, то и не получишь, милый."

– Чего бы я ни стоил, вы не можете позволить себе этого. – Я засунул кулаки в передние карманы.

– Отлично. Покажете, что я упускаю.

– Сомневаюсь, что вы будете вести себя достойно в случае проигрыша.

– Я довольно честный человек, – заспорила она.

– Милая, ты и слово честь не должны быть рядом, не говоря уже об одном предложении.

– И ты всегда получаешь то, что в твоем списке желаний? – Губы к губам, кожа к коже.

– Чаще всего, – признался я.

– Что ж, ты не получишь меня.

– Ты уже наполовину моя.

Только помни, чтобы стать королём, сначала ты должен свергнуть кого-то.

– Даже не думай об этом.
– Не думать о чем?
– Одалживать ее.
– Почему нет? Это всего лишь слова на бумаге.
– Какая нелепая мысль! Тогда смерть – это просто долгий сон в ящике.

— Правда? Я думаю, ты прав. Моя душа... Ей спокойнее, когда она рядом с твоей

А потому что я не был готов прощаться. Только не с ней. Ни в четырнадцать, ни в тридцать два