Цитаты из книги Il rosso e il nero

"Как велика была моя самонадеянность, я воображал, что живу; но я только приготовлялся к жизни, и вот теперь я попал в жизнь такую, какова она будет до конца моей миссии, - среди скопища врагов."

А ведь я только один и знаю, что бы я мог совершить… Для других я всего-навсего некое может быть.

Пройдет пятьдесят лет, и в Европе будут только одни президенты республик и ни одного короля. А вместе с этими шестью буквами: К-О-Р-О-Л-Ь — будут стерты с лица земли и служители церкви и дворяне.

Человек с благородной, отважной душой, казалось бы, мог стать вашим другом, но он живет от вас на расстоянии сотни лье и судит о вас по тому, как относится к вам общественное мнение вашего городка, а оно создается глупцами, которым выпало счастье родиться знатными, богатыми и умеренными. Горе тому, кто от них отличается!

Поступайте всегда противоположно тому, что от вас ожидают.

До сих пор свидание их было до такой степени ледяное, что можно было возненавидеть саму любовь.

Всяк за себя в этой пустыне эгоизма, называемой жизнью.

Я убежден, что через тридцать лет министры будут такими же подлецами, как сейчас, разве только немного искуснее.

Куда бы Провидение ни послало тебя, товарищи будут тебя ненавидеть. а если притворяться, что любят, то это для того, чтобы вернее предать тебя.

Близость к смерти сделала его значительно более честным.

Противоядием от морального отравления могут служить шампанское и физическое воздействие.

- А к какой же ты партии принадлежишь? - Да ни к какой решительно. Я люблю музыку, живопись. Хорошая книга для меня - целое событие. Вот тебе вся моя политика.

Если вера в тебе непоколебима, то рано или поздно враги твои рассеются.

"Значит, она любила меня всего восемь или десять дней, а я полюбил её на всю жизнь".

У Круазенуа есть всё, но он всю свою жизнь будет только герцегом, полуроялистом, полулибералом, всегда чем-то неопределённым, средним, подальше от свяких крайностей, а следовательно, всегда на втором месте.

Кому из них может прийти мысль совершить что-нибудь необыкновенное? Они добиваются моей руки, - подумаешь, какой подвиг!

Что я сделал такого, что давало бы мне право судить этих несчастных, которые, в конце концов, раз в жизни решились и посмели действовать?

Никогда ещё мода и красота не были так долеки друг от друга.

Я уж больше не могу вылезти из дома утром и спокойно бродить себе, наслаждаясь красотой наших гор, - непременно какая-нибудь пакость нарушит моё мечтательное настроение и самым отвратительным образом напомнит о существовании людей и их злобы.

Я бы тысячу раз пожертвовал жизнью, если бы знал, что это тебе поможет.