Цитаты из книги Der Idiot

Лизавета Прокофьевна спрашивала с энтузиазмом и с гневом и ожидала немедленного ответа. Но в подобных случаях большею частью присутствующие, если их даже и много, отвечают молчанием, пассивным любопытством, не желая ничего на себя принимать, и выражают свои мысли уже долго спустя.

-Человек с таким желанием уже тем один достоин всякого уважения.

-Кто посягает на единичную "милостыню", - начал я,- тот посягает на природу человека и презирает его личное достоинство.

- Эге! Да вы таки совсем не так просты, как вас рекомендуют!

Трус тот, кто боится и бежит; а кто боится и не бежит, тот еще не трус.

Чувствовали вы это когда-нибудь в испуге или в очень страшные минуты, когда и весь рассудок остаётся, но никакой уже власти не имеет?

– Я пришел… я пришел к вам… теперь… – Вы знаете, который час? – Н-нет… – Половина первого. Мы всегда в час ложимся. – Ах, я думал, что… половина десятого.

и я уверен, что судьба ее не из обыкновенных. - Лицо веселое, а она ведь ужасно страдала, а?

Я перевел французский характер в русские буквы, что очень трудно, а вышло удачно.

Смиренный игумен Пафнутий руку приложил

Не вышло бы анекдота какого-нибудь!

О, у меня время терпит; у меня время совершенно мое

"это почти родственники, начну с них; может быть, мы друг другу и пригодимся, они мне, я им, - если они люди хорошие". А я слышал, что вы люди хорошие.

При том же я никак не могу, до сих пор, разглядеть между нами общего... так сказать причины...

И небось в этом узелке вся ваша суть заключается?

Не забудем, что причина действий человеческих обыкновенно бесчисленно сложнее и разнообразнее, чем мы их всегда потом объясняем, и редко определённо очерчиваются

Есть люди, о которых трудно сказать что-нибудь такое, что представляло бы их разом и целиком; это те люди, которых обыкновенно называть людьми "обыкновенными", "большинством" и которые, действительно, составляют огромное большинство всякого общества

— Спасибо вам, князь, эксцентрический друг нашего дома, за приятный вечер, который вы нам всем доставили. Небось, ваше сердце радуется теперь, что удалось вам и нас прицепить к вашим дурачествам… Довольно, милый друг дома, спасибо, что хоть себя-то дали, наконец, разглядеть хорошенько!..