Shadows so Cruel

Он ощутит мою ненависть позже.
А сейчас - на первом месте была любовь.

Со мной все было в порядке.
С ней все было в порядке.
Или, может быть, с нами обоими что-то было не так, но кого это волновало? Даже если бы мы оба были сломаны, а потом сложены вместе, ее трещины идеально совпадали с моими.

И когда мы уйдем с этой земли, я продолжу любить тебя среди звезд. Я буду ночью, самым темным пятном неба вокруг тебя, просто чтобы убедиться, что все видят, как ты сверкаешь. И как только твой свет начнет меркнуть, я приму тебя в свои черные объятия, и именно там я буду любить тебя после смерти.

Моя любовь не нежная и не легкая. Но она настоящая, выросшая из ненависти и боли глубоко в груди, запятнанной тенями. Она режет и кусает, оставляя после себя шрамы, такие же неувядающие, как моя любовь к тебе.

Каждый покров тьмы, каждое порочное желание, каждую извращенную часть меня я влил в тебя. Ты испытала мою распущенность, мою ненависть, эти удушающие тени в моей сути. — Его пальцы продолжали неловко шарить, теперь более неистово. — И тебе это понравилось. Богиня, помоги мне... пожалуйста, скажи мне, что тебе это понравилось.

Может ли быть любовь в боли?

• Судьба ткётся с точностью, а не наугад; каждая нить, кажущаяся ошибкой, на самом деле необходимая часть сложного полотна жизни.

Самая глубокая ирония обмана в том, как он может заставить самые настоящие истины выглядеть как величайшие обманы.

Только самая глубокая любовь способна причинить самую глубокую боль.

Я не хочу быть нужен, я хочу быть желанен.