Беглецы

И если все время думать ПРО ТО, ЧТО МОЖЕТ СЛУЧИТЬСЯ, то ничегошеньки вообще не сделаешь.

Иногда ложь - единственный способ поступить по правде.

И вот, глядя так в ночное небо, я вдруг додумался: если мы можем видеть то, чего уже нет, значит, может быть и то, чего мы не видим.

– А можно любить того, кто умер? – спросил я.
Дедушка сжал зубами булку.
– Заткнись-ка, парень!
Но я понял: на самом деле это означало – да, можно.

Видел луну и звезды — их было видимо-невидимо и они были похожи на сахарную обсыпку на булочках Адама. А ведь некоторых на самом деле уже не было. Так папа рассказывал. Просто они очень далеко, и мы видим их свет, хотя они уже давно погасли.

И вот, глядя так в ночное небо, я вдруг додумался: если мы можем видеть то, чего уже нет, значит, может быть и то, чего мы не видим.

Когда признаешься, что ты продул и был хуже всех, тебе больше верят, чем когда хвалишься успехами. Странно, правда?

Дедушка сидел на кровати, откинувшись на подушки. Он был похож на усталого Бога, опиравшегося на облако.

– А ты мастак сочинять, – похвалил Адам.
– Это все книжки, – скромно ответил я.

– Кто это? – спросил Адам.
– Моя жена. Ну разве она не… (он снова запнулся на миг) …красавица?
Мне показалось, что бабушка на фотографии одобрительно подмигнула, когда дедушка проглотил ругательство.

– Не могу поверить, что я никогда с ней больше не встречусь, – пробормотал дедушка.
– Обязательно встретишься, – пообещал я. – На небесах.
– Ну, не знаю, – проворчал он. – Не очень-то я верю в эту загробную жизнь. Как можно верить в то, чего никогда не видел?
– Я же верю, что есть крокодилы, – сказал я.