Цитаты из книги Il cacciatore di androidi

Говори что хочешь, подумал он. Договори себя до могилы - или куда там девают мертвых андроидов. Делай все, что тебе заблагорассудится, для меня это не имеет никакого значения.

- Андроиду, - сказал Рик, - абсолютно безразлично, что будет с другими андроидами. Это одна из примет, по которым мы их находим.

Можно найти тот или иной способ продлить свое существование, но - лишь на какое-то время, конец неизбежен. В этом мы мало отличаемся от андроидов, они тоже могут продлить свое существование, бегая от меня и прячась, но в конечном итоге я настигну их и нейтрализую, а если не я, так какой-нибудь другой охотник. И что же тогда получается? Значит, я тоже вношу свой вклад в этот процесс вселенского распада? Ассоциация «Розен» созидает, а я разрушаю.

Тогда бы все было понятно: он и Уилбур Мерсер что-то не поделили, соперничают. Но что им делить? Не иначе как наши души, догадался Изидор. Они сражаются за контроль за нашими психическими сущностями.

- Вам бы хотелось, чтобы у вас была сова? - спросила Рэйчел и чуть наклонись к Рику. - Какой мне смысл чего-то там хотеть? - пожал плечами Рик. - Все равно совы у меня не будет никогда.

Тишина. Она обрушивалась на Джона со всех сторон, сдавила его с неодолимой парализующей силой. Вязкой гнетущей волной поднималась она снизу, от замызганного серого паласа, душными клубами накатывала из кухни, от мертвой, ещё до Джона поломанной бытовой техники. тишина сочилась из навсегда потухшего торшера, мешаясь с тишиной, беззвучно падавшей откуда-то сверху, с загаженного мухами потолка. Перечислять бессмысленно - тишина стремилась заместить собой все нормальные, осязаемые вещи.

Заглянув в график, он обнаружил, что третьего января 1992 года от него требуется деловое, профессиональное отношение к работе. — Если я последую своему графику, — осторожно сказал Рик, — ты согласишься набрать код, запланированный в твоем? Он предусмотрительно не стал связывать себя никакими обязательствами, ожидая, согласится ли жена с его предложением. — Согласно моему графику, — заметила Айрен, — у меня на сегодня запланирована шестичасовая депрессия с изрядной долей самообличения.

... желание перебить всех вокруг весьма характерно для настоящих людей.

Maybe it could be a depression, like you get. I can understand now how you suffer when you’re depressed; I always thought you liked it and I thought you could have snapped yourself out any time

That’s the nature of panic: it leads to random circus-motions, purposeless flight, and muscle and neural spasms.”

Rick said, “A humanoid robot is like any other machine; it can fluctuate between being a benefit and a hazard very rapidly.

But then the Voigt Empathy Test had been devised by the Pavlov Institute working in the Soviet Union. And no T-14 android—insofar, at least, as was known—had managed to pass that particular test.

Отчаяние имеет способность воспроизводить самое себя.

— Вы сейчас очень заняты, или мы сможем поговорить? — спросил он. — Помните, вы мне сегодня предлагали? — Он сказал «сегодня», но казалось, с их предыдущего разговора новое поколение успело родиться и вырасти, состариться и сойти в могилу. И вся тяжесть прожитых этим поколением лет, вся усталость переселилась в его тело; он почувствовал, что полностью разбит физически.

Нормален ли такой мир, — спросил он себя, — в котором андроид звонит охотнику за премиальными и предлагает помощь?

"Dial 888," Rick said as the set warmed. "The desire to watch TV, no matter what's on it."

Куда бы ты ни отправился - ты всюду будешь обязан выполнять работу, которую считаешь неправильной. Это основное условие существования жизни, тебя всегда будут принуждать насиловать собственную совесть. В определённые моменты каждое живое создание обязано так поступать.

“You will be required to do wrong no matter where you go. It is the basic condition of life, to be required to violate your own identity. At some time, every creature which lives must do so. It is the ultimate shadow, the defeat of creation; this is the curse at work, the curse that feeds on all life. Everywhere in the universe.”

В конце концов, если пустоголовый начнет разбираться в латыни, он перестанет быть пустоголовым.