Новый год, дед и бух

— Я про отца своего слова дурного ни разу не сказал и про тебя не скажу.

А историю эту про "бух" Фёдор рассказал сыновьям, когда те приехали, они смеялись долго, каждый хотел по котёнку в город забрать, но дед не отдал, себе оставил.

Теперь о ней все шептались, что кто злословит — тому счастья не видать.

Тамара эта всю деревню знала, кто и чем живет, сплетни плела, подруг ссорила, друзей друг против друга настраивала, — та еще злыдня. Деда Федора она побаивалась, но до той поры, пока не решила, что сосед уже старый стал и из ума выжил, вот и про него начала глупости всякие придумывать.

В одной небольшой деревеньке, которую любой городской житель смело назвал бы глухоманью, в одноэтажном деревянном доме жил дед Фёдор.
Ничего особенного: кухня, печь, комната, сени, небольшой погребок и забытый хозяином чердак.

Нехитрый завтрак в тишине, без радио и телевизора, только в печи дрова трещат. Чтобы услышать себя, нужна тишина.

Заботливые соседи, – вздохнул дед Федор, когда Денис ушел, – хуже родственников, никуда не денешься.

А историю эту про "бух" Фёдор рассказал сыновьям, когда те приехали, они смеялись долго, каждый хотел по котёнку в город забрать, но дед не отдал, себе оставил. С тех пор утром на большой чугунной сковороде жарятся семь яиц: два для деда, два для кошки Мурки и по одному – каждому из котят.

Дома в деревне стояли не так, чтоб совсем близко, но старик всегда считал, что между соседями должно быть поле и трехметровый забор.

Чтобы услышать себя, нужна тишина.