Цитаты из книги Я рисую ангелов

Он художник, он создаёт ангелов. Нет. Он рисует ангелов.

- Убивают не ради убийства...
- Они почти всегда убивают не ради убийства, не ради мести. Если мы говорим про настоящих психов.

Кошмары — это хорошо. Это означает, что он еще жив и способен реагировать.

Доктор понимала психологические процессы, которые могут привести к такому результату. Но одно дело — понять, а другое — принять.

Эдола думала о том, что мир несправедлив, потом – о том, что Ангела пала жертвой во имя лучшего будущего, потом – о том, что Бог есть любовь и, значит, ее ангелочек рядом с ним. Она думала о том, как это отвратительно – взрослеть. И что самые чистые и прекрасные дети достойны лучшего. А лучшее для них – это потерять способность дышать и воссоединиться с Богом, пока они еще чисты и невинны, пока не успели испытать горя.

Через флирт можно пробить любую оборону, если оппонент не знает техник.

– Что вы рисуете сейчас?

– Сейчас я рисую ангелов, – отрубил он. – И готов отдать все на свете, чтобы из-под моей кисти наконец вышло что-то другое. Пусть сам дьявол, но только без крыльев.

Его работы называли провокационными, странными, страшными, ужасными, прекрасными, магическими, незабываемыми. Он убивал реализмом воплощения, рисуя такие картины, которые многим не могли даже присниться. 

"В этом юноше было слишком много мглы. Мглы из тех, которую не каждый психиатр сможет разглядеть".

Энн преподавала историю и была вынуждена уволиться в тот момент, когда наотрез отказалась признавать США победителями во Второй мировой войне.

Сочувственные рожи — не то, что хочет видеть мужчина, который пытается запустить полный рестарт своей жизни.

Когда полиция вызывает тебя на допрос, выключать телефон и скрываться — плохая идея. От этого у сотрудников убойного отдела портится настроение.

Картина хороша тогда, когда у нее есть зрители.

Война становится войной тогда, когда начинают гибнуть дети. Все остальное — столкновение, операции, но не война

Отчет получился замечательным. Жаль, что написан он детской кровью и слезами взрослых мужчин.

У него есть два пути. Либо он будет искать детей с нарушениями свертываемости крови. Либо начнет кормить их антикоагулянтами и будет пробовать разные препараты. Я пока не понимаю, насколько он разбирается в медицине и химии. И точно не понимаю, в чем его конечный замысел. Он художник, он создает Ангелов. Нет. Он рисует Ангелов, – Логан надолго задумался, прикрыв глаза.

Это не насилие. Это страсть. Какая тонкая грань между высшим злом и высшим наслаждением

И ее сознание отказывалось верить в мир, где подобные убийства были нормой. Врачебный цинизм уходит в сторону, когда речь идет о детях. Все привыкли к жертвам-взрослым: изнасилования, убийства, садизм вошли в жизнь уверенно и прочно. Но вся логика и защитные барьеры рассыпались в пыль при виде ужаса, который произошел