Рубин II

Блеск предвкушения, что появился в глазах богини, показался принцессе страшнее монстров, что давили своими лапами невинных людей.

– Эта ночь когда-нибудь закончится? - устало произнес в тишине.
Хейди подошла к нему и обняла:
– Самое темное время всегда перед рассветом.

Дар. Благословение и проклятие. К чему вечная жизнь, если плата за нее – лицезрение гибели близких людей?

Не становись рабыней своего отражения: ты слишком мудра для такой уязвимости.

Так они и отправились в путь. Уставшие,измотанные принцы разваливающегося королевства, одному из которых очень хотелось напиться, а другому – никогда не трезветь.

Милая моя,  каждый в жизни получает удовольствие по–своему. Если это никому не вредит, если все по взаимному согласию, то это ваше с мужем дело... Двери должны быть запертыми, понимаешь?

Мы всегда стараемся думать о себе хорошо...  Что мы – лучше кого-то. Что мы не такие, как те, кто нас пугают или вызывают в нас отвращение. Но когда мы обнаруживаем, что в каких-то вещах ничем не отличаемся от тех, с кем сравнивали себя…

И получил по морде, как ты говоришь. Так огрела меня Рубин своим появлением, что в голове моментально прояснилось. Ни одна дева во мне столько эмоций не зажигала. И ни одну из дев я не желал так, как ее. Вот была привычная жизнь в ожидании смерти. Α вот Рубин и новый мир передо мной, где только упустишь момент, как любимая обязательно что-нибудь натворит, выбирая почву из-под ног. – Ордерион тяжело вздохнул.
  – Ты назвал ее любимой, – заметил брат.
  – Потому что я ее люблю.

Общие стоны заглушали шум льющейся воды и звуки соития. Два буйка на бескрайних просторах страсти: им бы только не потонуть! Еще немного. Еще чуть-чуть! Вспышка.

Вспоминая о предрассветных утехах, которые последовали вслед за визитом камердинера, Рубин мечтательно улыбнулась и насадила на вилку кусок кроличьего мяса. Они с Ордерионом оказались хуже кроликов. И это нисколько ее не печалило.

Вода полилась на голову Ордериона, смывая пену с волос и кожи. Рубин хотела бы стать этой водой и струиться прозрачными потоками по его телу.

Не ломись в закрытую дверь,

Рубин. За ней нет ничего, кроме боли.

Дева, никого ярче тебя я в этой жизни не видел. Твой взгляд прожигает на сквозь, а запал, что таится внутри, способен испепелить. Никогда не называй себя некрасивой! Ты прекраснее всех! А если другие этого не замечают, то счастливец я, что рассмотрел тебя первым!

Многие девы в детстве выглядят как утята, а с возрастом превращаются в лебедей. А я как была уткой, так ей и осталась.