Безымянная скрипка

Сэр Ли тогда сказал, что без тени человеку нет места в материальном мире – а те, кто заявляют, что у них нет тени, лгут.

– А что – чудовище, по-твоему, нельзя полюбить?

Иногда я воображал, что моя мама волшебница, а голос и слова – это магические заклинания, потому что звуки – это такие же прикосновения.

Единственной фразой, которую мне, все же, невольно удалось различить, был вопрос англичанина: «С чего ты вообще решила, что кто-то должен умереть?».
И правда, с чего?

Я пытался заполнить пустоту – но не знал, как заполнить пустоту счастьем… Поэтому я заполнял ее болью.

Кто-то заскребся в окно, и я дернулся на кровати. Затаившись и почти не дыша, я вслушивался в ритмичное постукивание крыльев о стекло – то была лишь обычная летучая мышь, охотник за мотыльками.

Она, как и другие мечтательного склада ума девицы, вообразила, что если я такой мрачный, задумчивый и печальный – как заколдованное чудовище из сказки, – то однозначно нуждаюсь в том, чтобы меня поцеловали…

Дыхание перехватило, и она, дрожа от радости, подбежала к цветку и сорвала его… Он должен принадлежать только ей, она так долго его искала… Вот он, вожделенный и долгожданный!

Иногда я жалел, что занимаюсь музыкой – но кого я обманываю? Это мое призвание – несмотря на то, что это ощущается, как будто меня выпотрошили, показали на всеобщее обозрение внутренности, а потом сложили их обратно и зашили… Но все видели меня изнутри. Все видели.

– Культ Расщепленной Звезды – путь к обретению вечной жизни. Это та самая истина осознанности – как эликсир трансмутации для алхимика, а поиск ее – великое делание, – начал Ли издалека. – Вот скажи мне, тебе бы хотелось жить вечно?
Я пожал плечами. Вопрос с подвохом.