Драконы и их чародеи

Я давно поняла, что главный секрет спокойной семейной жизни – соглашаться с мужем в непринципиальных вопросах, а в принципиальных использовать хитрость.

сразу видно, что под дурное настроение чародейка добро не приносит, а причиняет и благодать не дарит, а насильно втюхивает.

– Ты куда? – спросил Фентон.
– Причиню кое-кому добра и посею благодать, – объявила я, проходя мимо. – А то совсем страх потеряли…
– Только не разрушь замок, – в голосе верховного прозвучало плохо замаскированное злое торжество.
– Как пойдет.
– Тогда рушь северную башню, мы ее все равно думали сносить! – крикнул он.

– Чувствуешь школяр?
– Что, учитель? – Тэмри встал рядышком и из вежливости принюхался.
– Пахнет свежестью, и никакого пожарища!
Школяр приоткрыл рот и вдохнул всей грудью. Проглотил муху, обиженно скривился и всю дорогу до столовой залы жаловался, что стало горько. В конечном итоге он хрустнул зеленым яблоком и скукожился от кислого вкуса. В общем, с завтраком у Тэмри сегодня что-то не складывалось.

– Чародейка, у тебя жалость есть? – охнул он. Видимо, понимая, что связываться с верховным себе дороже.
– А у тебя совесть?
– Откуда такая роскошь?

В финале всех принципиальных споров ведьмаки всегда назначали виноватыми чародеев. Накинутся на меня, отгребут добра и благодати полной ложкой, захотят собрать вещички по примеру светлого лекаря. Верховному из собственного замка отчаливать некуда, а знахарь-то попытается. Наверное, даже до ворот доберется и лишь потом повернет обратно. Еще ни один темный, покидая башню навсегда, не уходил дальше замкового моста. Светлые, впрочем, тоже.

Инкуб, открывай! Чародейка пришла.

Очень старик любил ковыряться в земле. Правда, вид растений и их названия забывал. Недавно мандрагору выдрал. С корнем.