Цитаты из книги Девочка со спичками

Мир Соколова, теперь хорошо различимый сквозь профессиональную оптику, был как на ладони: все в нем продавались за деньги, подчинялись силе и трезвому расчету и почти не мучились совестью... В мире Соколова больше не осталось места иррациональности и хаосу. Наступил порядок и прозрачность, все стало предсказуемо и ясно – впервые за этот бесконечный год.

Она шла по зеленым лесам, школьным коридорам, площадям диковинных городов, похожих то на Милан, то на Барселону, то на Сингапур, спускалась в пропасти и висела на страховочных крюках, пытаясь разглядеть самые ценные «алмазы» – знаки из глубинных слоев психики, которые принадлежали чужому мозгу, куда она проникала раз за разом.

Полине казалось, что учеба – универсальный способ одновременно быть на виду и при этом прятаться. Если ты хорош в учебе, никто тебя не тронет: ведь ты занимаешься чем-то важным, а тогда никому дела нет до того, что творится у тебя внутри.

Вы готовы играть людьми как куклами, лишь бы заткнуть дыру у себя внутри.

«Капсула» никогда не позволила бы Соколову вспомнить, кто он. Это было базовое правило серфинга, иначе сон мгновенно разрушался. Аппарат ювелирно точными импульсами блокировал те зоны мозга, которые отвечали за самосознание и факты биографии, и поэтому Соколов был чистым листом, телом с будто бы переустановленной, свежей операционной системой. И порой тестировщики без всего того наносного, чем награждала их жизнь, представали в «Капсуле» ментальными подростками или даже детьми.

Смерть - это привилегия.

Хаос, микрочипы и нейросети пугали людей, а камеры и прозрачность - успокаивали.

- Когда меня не станет, помни: я уйду не навсегда. Мы здесь для того, чтобы познать всю красоту, всю тонкость и разнообразие мира, - и у нас на это очень мало времени. В каждом листке, в каждом дереве, в каждой ниточке ткани теплится жизнь, в каждом звуке, даже странном, живет музыка. У всего есть причина, любовь рождает доброту, нелюбовь - холодность и отчужденность. К чему бы ты ни прикоснулась, помни об этом. Ты - мико. Познай этот мир до конца.

Дыши. Дыши. Никто не должен увидеть тебя настоящего.

... мир - это просто хаос, но очень изобильный хаос. И в нём ресурсов и места может хватить каждому.

А что в этом дивном новом мире будут делать те, кто не захочет расшарить свои мозги на всеобщее обозрение? Какая роль предназначена им?

А было ли вообще у этого болота дно? Или только безмолвная топь без конца и края – их страна в миниатюре, – что питалась трупами молодых и смелых, гениев и посредственностей; телами тех, кто не боялся постоять за себя и умереть, если было нужно, за высшую идею, пусть бесконечно глупую и ошибочную? Но ей, этой трясине, всегда было мало, и она постоянно жаждала еще и еще.

Ее пушистые, цвета подтаявшего мороженого волосы раздувало ленивым ветром

«Веретено» в двойном кольце черных джипов двигалось очень быстро, но Игорь в деталях представлял себе город за окнами: вот башенки старинных высоток, вот законсервированные сталинки под углепластиковыми прозрачными колпаками, как экспонаты в музее, — а между ними тонкие зеркальные иглы небоскребов

Наше сознание — это не просто компьютер, а очень умный компьютер. С крутейшей системой защиты от внедрений. Его сложно обмануть, когда он во всеоружии и бодрствует. Но во сне... во сне все меняется. Защита ослабевает, и все эти стены - пф-ф! - просто испаряются

Накрапывал серый дождик, мелкий и унылый, как детсадовская гречка.

У домов, которые никто не ремонтировал, были помятые лица.

И спички вспыхнули так ослепительно, что стало светлее, чем днем...