White Oleander

Горький опыт - самое необходимое в жизни знание.

Я знаю, ты сейчас учишься терпению. Что ж, ничего не поделаешь. Просто старайся внушить себе: это происходит не зря. Веди дневник, запоминай всё - каждую слезу, каждый укол в сердце. Сделай их татуировками на оболочке мозга.

- Когда мы поедем домой? - спрашивала я мать.

- У нас нет дома, - отвечала она.
- Твой дом - это я.

Человеку не нужна красота сама по себе, ему нужно, чтобы его любили. Но я всё равно хотела быть красивой. Если это один из путей к любви, я выбираю его.

Лучше царить в аду, чем прислуживать на небесах.

Я хочу запомнить тебя вот такой, в этом розовом платье цвета несбыточной надежды, в этих туфлях для школьного бала. Конечно, твоя приёмная мать постаралась. Розовый цвет- клише из клише.

Мать склонилась над своим монтажным столом, вырезая без линейки какой-то знак длинными изящными полосами.
- Это Дзен, - сказала она. - Ни одного срыва, ни мгновенного колебания. Окно в изящество.

Философу, который заявил, что мы «мыслим, следовательно, существуем», стоило бы провести часок в родильном отделении. Мигом поменял бы свое мнение!

Красота была для мамы законом, религией. Можно делать все, что пожелаешь, если делаешь красиво и сам красив. А иначе ты просто не существуешь. Она вбивала мне это в голову с младенчества. Правда, я уже заметила, что реальная жизнь не всегда соответствует ее представлениям.

Любовь. Я бы вообще исключила из словаря это слово. Ужасающая неточность! Какая любовь? Что за любовь? Сентименты, фантазии, тоска, похоть, наваждение, всепоглощающая потребность? Может быть, единственное, что строго отвечает этому понятию, — любовь маленького ребенка. А потом дети становятся личностями и тоже ставят условия.