Маму, похоже, заклинило. Она не может остановиться – и, как неисправный автомат, всё хлещет и хлещет меня шлёпанцем по лицу, голове, шее, спине. Но сердце моё в отключке, и никакой боли я не ощущаю вообще. Затаив дыхание, я сжимаюсь в своём коконе, точно в капсуле под землёй, и дожидаюсь прибытия в будущее.
Но как далеко в будущее лучше перенестись, чтобы всё-таки выжить?
«Выживать, чего бы это ни стоило» – написали мы с Юу на изнанке своих сердец. Но как долго мне ещё выживать? Начну ли я когда-нибудь просто жить?
Глядя на маму или на госпожу Синодзаки, я сильно в этом сомневаюсь. А мысль о том, что, возможно, и мне придётся выживать, как они, до последнего вздоха, доводит меня до полуобморока.