Когда-то, не так уж давно, в жизни до фронта, она сочла бы эту мысль нелепой. Она бы сказала: "Нет, у меня сейчас другие планы". Но это было раньше, в те времена, когда свет падал под другим углом, а настоящее было окрашено голубым оттенком "после". Она убедилась насколько жизнь хрупкая. Увидела, что можно проснуться на рассвете и умереть до заката. Она прошла с Романом сквозь дым, огонь и страдания, рука об руку. Они оба почувствовали вкус Смерти и задели ее плечами. У них остались шрамы на коже и в душах после того переломного момента, и теперь Айрис видела больше, чем раньше. Она видела свет, но также и тени. Время здесь бесценно. Если она хочет быть с Романом, то почему не должна ухватиться за эту возможность обеими руками?