И жили они врозь

Память — ненадежный рассказчик, который любит со временем стирать даже те моменты, что способны отогреть душу посреди холодной зимы.

Большинство людей до ужаса пугает то, чего они не понимают. Где есть животный страх, не остается места состраданию и добродетели.

Я смотрела во тьму леса, но видела перед собой лишь фрагменты воспоминаний о безмятежном счастливом времени, когда единственной моей проблемой было обыграть Дениса в шахматы.

Запах одиночества в пустой квартире не могла развеять ни одна ароматическая свеча.

Я боялась попробовать на вкус предложенную силу и потерять себя настоящую.

Я не супергерой, чтобы брать на себя ответственность за сотни незнакомцев и решать, как им стоит жить. 

Не прошло и пяти минут, а я уже построила воздушный замок и принялась облагораживать помещения внутри.

Закрываясь, невозможно никого по-настоящему узнать и сблизиться.

Мама всегда говорила, что нет тяжелый ситуаций, есть только вес, значение, которое мы им придаем.

Я продолжала играть в худшую из всех возможных игр: представлять, как могла сложиться наша жизнь, если бы одни события стерлись из ткани бытия, а другие наоборот — встали на их место как идеальные кусочки пазла.

Не хватало мне новостей о вампирах и оборотнях, как на вечеринку под названием «Моя жизнь» затесались ведьмовские проклятья и странное черное существо, которое видела лишь я одна.

Слова били больно. Я почти физически ощущала их на своем теле, будто хлесткие удары кнута.

Ты увидела то, что хотела увидеть, а не то, чем это являлось на самом деле.

Я не хотела встречать подобных себе. Не хотела становиться оборотнем, проходить через обращение, охотиться на медленно сходящих с ума вампиров, которым не повезло обратиться от слабой крови. Не хотела разбираться в хитросплетениях судеб и правилах мистической стороны Ксертони, что долгие столетия соседствовала с жизнью обычных, ничего не подозревающих людей.

-Семеадцать лет я не замечала даже намека на свое происхождение. И не важно, была луна на небе или нет.

Закрываясь, невозможно никого по-настоящему узнать и сблизиться. 

Я будто была влюблена в идею любви, а не в своего друга.

Денис посмотрел на меня с жалостью, будто перед ним сидело маленькое несмышленое дитя. Наивное и беззащитное. Все еще верящее в сказку со счастливым концом, страницы которой давно уже сожгли.

Я защищала Ника даже после всего зла, что он готов был причинить моей семье, и стыдилась этого.