Дикая Флетчер

Люди не звонят в компании, пока не сузят свой круг выбора. Люди ненавидят разговаривать по телефону. Я не разговариваю по телефону даже со своими друзьями, если у меня есть такая возможность. Все заходят в интернет, гуглят то, что ищут, выбирают два-три лучших варианта, а затем звонят. Большинство людей не звонят, даже если у них есть вопросы, а пишут на электронную почту.

Life will keep moving and changing, whether we want it to or not.

--Он – ворон, я – его гусыня-жена. Он – сельская Аляска, процветающая тихими ночами и дикими, безумными полетами в небе, чтобы спасать жизни. Я – девушка, которая теперь, когда моего отца больше нет, а в доме снова стало жутко тихо – даже еще тише, – нуждается в городской суете. В ее прежней жизни.

Аляска – не просто место, где я живу, это такая же часть меня, как и все остальное. Я не могу этого объяснить. Это место, эта жизнь… они в моей крови

— О, не беспокойся о Джоне. Наверное, что-то заползло ему в задницу. — Билли замолкает. — Что-то большое.
— Надеюсь, он предусмотрел его вес при взлете, — бормочу я, доставая свои кроссовки.

Simon is big on asking me how things make me feel, especially when he knows I don’t want to talk about it. He’s a psychiatrist and can’t help but psychoanalyze everything and everyone.

"- Ты знала, что это будет нелегко.

- Да, но это будет невозможно, если отец будет убегать каждый раз, когда я вхожу в комнату.

- Он убегает? Или это ты прогоняешь его?"

– Я не пробиралась в твою спальню, – огрызаюсь я. – И я не то чтобы изуродовала тебя. Я тебе помогла.
– Помогла мне? – повторяет Джона.
– Да. Может быть, теперь у тебя есть шанс переспать с кем-нибудь. Если будешь держать рот закрытым.
От его лукавой улыбки у меня пересыхает в горле.
– Ты думаешь, у меня есть проблемы в этой области, Калла?
– Я имею в виду двуногих существ.

– Сегодня ты выглядишь иначе, Калла.
– Это потому, что Джона едва дал мне время пописать, не говоря уже о том, чтобы накраситься.
Я чувствую себя голой и стесняюсь. Я не помню, когда в последний раз появлялась на публике без макияжа. Я даже в спортзал не хожу, не накрасив глаза.
Агнес тепло улыбается.
– Мне нравится «едва-успела-пописать» вид. Тебе идет.

– Почему все продолжают называть это «зарослями»? Там, откуда я родом, «заросли» означают густой лес. Здесь нет леса. Здесь почти нет деревьев. И кустарников. – Тихо добавляю: – Кроме того, что у тебя на лице.
– Не слишком

Мне все еще трудно это понять. Зачем кому-то вообще заводить отношения с человеком, если он уверен, что они обречены на провал? Зачем жениться и приводить в мир человеческое существо?

Любовь — это сила, которая может исцелить даже самые глубокие раны.

Временами, чтобы найти себя, нужно сбежать от всего, что знаешь.

Свобода — это не место, а состояние души.

Do you think you could gain something from going to Alaska?”
“Besides a picture with my mom’s sperm donor?”

At least the next plane is substantial, unlike the tiny things Wren insists on flying. God, how on earth did I ever think marrying a born-and-bred bush pilot was a good idea?

— Они не привыкли видеть живую куклу Барби, вот и все.
Я хмурюсь. Он только что назвал меня…
— Я не кукла Барби!
— Нет? — Джона бросает на меня косой взгляд, в его глазах веселье. — Фальшивые волосы, фальшивое лицо, фальшивые ногти… — Его глаза опускаются к моей груди, а затем устремляются в сторону. — На тебе есть что-нибудь настоящее?
У меня отпадает челюсть.
— Они не фальшивые!