Their Vicious Darling

– Почему мы продолжаем любить тех, кто нас ненавидит, Джез? – спрашивает она.

В Неверленде все навсегда - но как же легко всё это потерять.

Почему мы продолжаем любить тех, кто нас ненавидит, Джез?

Хольт всего на год моложе сестры, но мнит себя главным, потому что он мужчина.

Очевидно, он вообще не представляет, насколько могут быть могущественны женщины.

- Я до сих пор не могу поверить, что все это по-настоящему, - замечает она невпопад. -Пока я росла и мама рассказывала о тебе и о Потерянных Мальчишках, я думала, это история из книги. И вот я в альтернативном мире, трахаю ожившую легенду, и мне вот-вот подадут томатный сироп.
Я тут же нащупываю под столом ее бедро, задираю платье, скользя рукой к теплой плоти между ног.

• Ты трахаешь ожившую легенду? По-моему, это ожившая легенда трахает тебя.

• Убеждай себя в этом.

Наблюдать, как имеют Дарлинг, - мое новое любимое занятие.

- О да, романтиком, - фыркает он пренебрежительно. - При свете дня я буду обращаться с тобой как с королевой, но в темноте ты будешь моей шлюхой.

Я скорее похожа на берёзу с выгнутым искривлённым стволом, которая всё равно пытается тянуться туда, где больше света. Хрупкое деревце: в каждую буру ветки скрипят, а корни цепляются в землю в отчаянной надежде, что этого хватит, чтобы удержать в почве.

"Когда я строил этот дом, я предусмотрел несколько гостевых комнат, хотя не то чтобы планировал приглашать гостей."

Когда я вдруг почувствовал бо́льшую верность, бо́льшую привязанность к этой разнородной названой семье, нежели к собственной кровной сестре?
Однако я чувствую абсолютную правильность этой мысли, дико стучащую у меня в груди.

Не бывает большей уязвимости, чем оказаться обнажённым перед врагами.

Света не бывает без тьмы.

– Почему мы продолжаем любить тех, кто нас ненавидит?

Гордость – главная слабость большинства людей.

Гордость – главная слабость большинства людей. Гордость и трах. Я видел, как взрослые мужчины теряли рассудок из-за чьей-нибудь дырки.

Меня завораживают женщины. Их почти всегда недооценивают, что потенциально делает их едва ли не самыми смертоносными противницами для любого.
Каждая из них словно лесная кошка, которая откусит тебе грёбаную руку по локоть, если подойдёшь к ней с намерением погладить по голове.

– Если завтра она не вернётся к Крюку в целости и сохранности, я вырву вам глазные яблоки и сварю из этого дерьмового сырья какую-нибудь дерьмовую похлёбку. Уяснили?
Баш смеётся.
– Сми, ты всегда нравилась мне больше остальных пиратов.
Она неискренне улыбается ему.
– А ты мне – больше остальных говнюков.

– Я скучал по тебе, – признаётся он.
– Больше, чем по солнцу? – парирую я.
– Я скучал по свету и теплу, но и то и другое меркнет в сравнении с тобой, Дарлинг.