Left handed booksellers of london

Книги помогают нашим душам встать на якорь. Каждый раз заново

— Ясно, — сказала Сьюзен. — А ты что, волшебник?

— Книготорговец. Продаю книги. Вернее, принимаю товар, распаковываю, расставляю по полкам.

Продажами занимаются другие, обычно праворукие.

«Книги - одним, крючья - другим», как у нас говорят.

обыкновенная, - перевел юноша, заряжая револьвер, для чего ему пришлось задрать жилетку, под которой оказался холщовый патронташ. - Увеличенная, ко-нечно. А теперь нам пора. Я Мерлин, кстати.

- Миг сна - и бденье вечное настанет...
- И смерть умрет. О смерть, тебя не станет.

Ох уж эти авторы фэнтези – если бы не они, мы бы горя не знали!

Это семейный бизнес. Вернее, клановый. Мы все либо правши, либо левши. Хотя иногда мы меняемся. "Книги-одним, крючья-другим", как у нас говорят.

In London a bookseller feller
Wore one glove surprisingly yeller
Matched with a new suit of dark blue
Stuffed with a pistol or two
That well-armed bookseller feller

"Фиалки бывают белы, розы бывают желты,
Ненависть станет любовью, любовь обернётся желчью.
В мире ничто не вечно, здесь даже звезды смертны,
А почему так бывает спрашивать неуместно."

"Возможно судьба и проклятие - одно и то же."

- Я из провинции, студентка художественного колледжа, - ответила Сьюзен. - В Лондон приехала учиться и искать отца. Я вовсе не собиралась... становиться частью... вот этого всего. Мало мне того подо-зрительного дерьма, как выражается Грин, в которое я вляпалась с самого начала, теперь еще эти бандиты...

Ну почему все это должно было случиться именно со мной?

– Водяные феи весьма непредсказуемы, – продолжила Вивьен. – Для смертного встреча с ними может закончиться чем угодно. Одному помогут, другого съедят. И заметь, не потому, что феи питаются людьми, просто иногда они не в силах отказать себе в удовольствии.

– Ох уж эти детские писатели, – вздохнул Мерлин. – Опасная компания. Вечно доставляют нам неприятности.
– Как так? – удивилась Сьюзен.
– Ну, не нарочно, – смилостивился Мерлин, открывая дверь. – Но один ощупью подберет ключ к какому-нибудь древнему мифу, другой выпустит на свободу то, чему лучше оставаться в неволе, – и сразу давай писать об этом в книжках. Детские сказки – это ведь, знаешь ли, не сплошь выдумки.

Пугало выдернуло из земли ногу-палку, шагнуло, выдернуло вторую, наклонилось, уперлось в землю руками-палками и побежало, до ужаса напоминая огромное омерзительное насекомое.

– То есть они – привидения? – уточнила Сьюзен.
– Этот термин мы не употребляем. Мы называем их Тенями. Мифические реликты живших некогда существ с большой магической силой…
– Значит, привидения, – уверенно повторила Сьюзен.

Сьюзен вдруг показалось, что она попала в роман Бронте – туман, красавец-герой, его обезоруживающая улыбка. Романтика, да и только, если бы не трупы за его спиной.