"... Трагедия жизни, думал Найэл, расчесывая волосы гребнем слоновой кости, который Папа подарил ему на совершеннолетие, не в том, что люди умирают, а в том, что они умирают для нас..."

Ведь не известно, что Богу по душе. Честность он может принять за бахвальство.

– Я не из таких, – сказала девушка.
– Жаль, – заметил Найэл, – потому что с такими интересней всего.

Мне дела нет ни до кого. Нет, нет, нет дела, И до меня ведь никому нет дела.

Действительно, похолодало. Задул пронизывающий ветер. В такой день хорошо сидеть там, где тебя любят и балуют: жаркий камин, дружелюбный звон чашек и блюдец, сонный кот, развалясь в кресле, лижет лапу, а на подоконнике распускаются новые бутоны розового цикламена.

Какая жалость, что я не мастак говорить, не один из тех цветистых болтунов, которые как блины подбрасывают фразы в воздух и обмениваются ими через стол. Уж тогда бы я отыгрался. Направить разговор в необозримо широкое русло, а оттуда в сферу абстрактного мышления. Что ни слово – жемчужина.

Никак не могу решить, то ли она преступница, хитрая, опасная, то ли так непроходимо глупа, что было бы благом свернуть ей шею и избавить мир от лишних хлопот.

Когда вы лжете, в вашей лжи должна быть хоть крупица правды.

Как знать утром, чем закончится день. Кто появится. Какой забытый знакомый постучит в дверь. Планы ненадёжны и практически неосуществимы.

- Почему тебе обязательно надо кем-то быть?

• Эти люди любят ко всему приклеивать ярлыки.

Школа...О Боже! Что за пустая трата времени. Пустая трата сил.

Обычно, если кто-то приказывал ей что-то сделать, она инстинктивно отказывалась. Не в её природе подчиняться дисциплине.

Пусть что-нибудь случится, молила она, пусть всё будет хорошо. Пусть больше никто не сердится, пусть все любят друг друга.

Со мной так всю жизнь - я слишком привязываюсь к людям, слишком привыкаю.

Правда так проста, когда её узнаешь и поймёшь.

Танцуя, он рассказывала историю целой жизни, и танец ее был как сама жизнь. Одно движение, один взмах рук живописали боль и слезы целого мира.

Странно, — сказала она, — у меня такое чувство, будто все это происходит не со мной. День мой, но живет в нем кто-то другой.

Живя, человек движется по кругу, как и мир, вращаясь на своей оси, и возвращается на то же место, с которого начал путь.

Трагедия жизни, не в том, что люди умирают, а в том, что они умирают для нас.