A Far Wilder Magic

– Я ни о чем не мечтаю так, как увидеть, что эта мечта сбылась, но, если мы не победим, изменить мир не получится. До самых верхов ты не доберешься, если Джейме убьет тебя. Так что хотя бы иногда прислушивайся ко мне. Ты должен позволить мне оказать тебе помощь.

Понимаю, ты считаешь меня безрассудным, – продолжает он. – Но другим быть я не могу. Не могу молчать или идти на уступки, если собираюсь изменить то, как обстоят дела сейчас. К тому времени, когда я наконец пробьюсь, будет уже неважно, откуда родом наши предки.

Опасность Уикдона таится глубже, ее источники – не только хала, Джейме или беспокойное море. Она здесь, в нем и прямо перед ним. Может, все это игра света, или же виноват адреналин. Но прямо сейчас он готов поклясться, что ее волосы спрядены из лунного света, а кожу покрывает серебристая пыльца. И как ни старается, не может припомнить, что в ней когда-то находил таким отталкивающим.

Они ведь, в сущности, уже обменялись всем, чем могли. Жертва за жертву, мечта за мечту. Их сделка – своего рода алхимия.

Он в самом деле симпатичен – не то чтобы он нуждается в признании, но соглашаться с этим ей немного досадно

—Уверяю, у нас нет никаких языческих обрядов, ритуального каннибализма и так далее. Только во время мессы.
– Даже досадно немножко

Невзгоды ожесточили их обоих: ее сделали грубой, его отполировали до лоска. Если ему удастся убедить мир, что он весь такой же, как снаружи, тогда и скрывать будет нечего. Но под ее немигающим взглядом ему кажется, что он совершенно голый.

« Я не против пожить одна », – сказала она ему. Как ей удавалось так долго убеждать себя в этой лжи?

Когда мать впервые оставила ее одну, она не знала, куда себя девать. Поначалу пыталась радоваться свободе. Запускала проигрыватель, чтобы музыка заполнила пустоту. Съедала все сладкое, что находилось в доме, наливала себе стакан дорогого отцовского виски. Но наступало утро, голова ныла, желудок выворачивался, а она по-прежнему была сокрушительно, целиком и полностью одна.

Но если уж он вынужден принимать решение, оно будет одинаковым каждый раз: он выбирает свою семью. Если погонясемью придется бросить, значит, эта мечта недостойна того, чтобы за ней гнаться.

— Разве не вы говорили, что рисковать жизнью стоит ради тех, кого любишь?
– Конечно, – его лицо смягчается. – Ради этого стоит рисковать всем

Им обоим было бы легче, если бы он перестал замечать моменты, когда с ней хорошо далеко не все.

Если они начнут работать вместе, месяц подготовки он не переживет. Она свернет ему шею задолго до того, как прозвучит стартовый выстрел.

Он не виноват в том, что родился дружелюбным, однако именно он превратил это свойство в щит против собственного отчаяния.

Маргарет следит, чтобы ее мирок оставался простым, маленьким, упорядоченным. Ей нравится уединение и бездумный, умиротворяющий ритм домашних хлопот. Нравится молчаливое и непринужденное соседство Бедокура. Нравится идти по жизни так, чтобы ее не изводили расспросами. А Уэстона, по всей видимости, ничто не радует сильнее шума и хаоса.

Если кому-нибудь придет в голову оценивать его прогресс не только по тому, насколько успешно он сдает письменные экзамены или читает наизусть алхимические теоремы, он развернется вовсю. Ему нужно лишь, чтобы кто-нибудь поверил в него.

С точки зрения Уэса, дом – это место, где громко, тесно, тепло от целой толпы народу, жара кухонной плиты и любви. А в Уэлти-Мэноре ничего этого и в помине нет. Здесь живут призраки, а не люди.

Вот единственная разновидность алхимии, которой он владеет в совершенстве: прясть слова, превращая их в чистое золото

На собственном опыте он убедился, что все алхимики не без странностей. Строго говоря, алхимией способен заниматься каждый, однако нужно быть одержимым, чтобы этого хотеть . Алхимики годами анализируют мистические тексты и до отказа набивают головы химическим строением тысяч вещей. Для того чтобы разъять что-либо на части, надо в точности знать, как оно устроено. А может, все они в конце концов сходят с ума от серных паров

Не жалуйся, напоминает он себе. В этой глухомани он очутился по собственной вине. Преимущественно. Отчасти. Слегка.