Game of Hate and Lies

— Короны, уверяю тебя, мне не нужно. Я борюсь за Повелителя теней, а не за трон.

— Не думал я, что она придет так скоро. Новая битва за королеву, – он взял меня за руку. – А в битвах не должно биться в одиночку.

— Нам всем нужно доверять тому, что говорит оно, – он ткнул мне в сердце, – а не тому, во что другие велят нам верить.

— Если тебе перережут горло еще до того, как ты сможешь обнять свою дочь или принцессу?Хаген поморщился.
— Тогда я займу им местечко в великих чертогах богов.

— На Севере мальчики тринадцати лет тренируются как воины. А на Востоке мальчикам тринадцати лет велят прятаться и запрещают рифтовать.Линкс хохотнул и пихнул юного Крива в плечо.
— Видать, на Севере мальчиков тринадцати лет любят меньше, раз суют их в битву.
— Вот бы меня любили поменьше, – вполголоса пробормотал Эш, но именно это и требовалось всем собравшимся, чтобы снова начать дышать.

Я продала бы душу преисподней или заняла бы его место в тюрьмах Черного Дворца, если бы только смогла увидеть, что Повелитель теней смотрит на меня так же, как смотрел до Маскарада Аски.Словно он сжег бы весь мир ради меня одной.

Жизнь теперь для меня стала выматывающей игрой в правду или ложь. Я же хотел лишь покоя. Просыпаться без хаоса в сердце и разуме, твердящих, что что-то не так.

– Нас ждут опасные дни, друг мой. И боюсь, мы все балансируем между ролями королей и пешек.

Страх – это эмоция, бурлящая под поверхностью даже самой храброй души.