The Maid's Diary

Спальня напоминала абстрактное полотно, выполненное брызгами крови по девственно-белой обстановке комнаты. Выглядело это почти красиво. Созвездия алых точек и кровавые потеки пятнали стены, потолок, зеркало, абажуры настольных ламп, ковер. В самом центре огромной двуспальной кровати, на смятых шелковых простынях темнело целое озеро крови.

На мгновение он почувствовал себя так, словно снова стоит на старте на вершине горы, уперев палки в снег и подавшись всем корпусом вперед. Стоит ему наклониться чуть сильнее, и возврата уже не будет – он полетит вниз по склону в облаке снежинок и свисте ветра и не остановится, пока не достигнет подножия.

Маленькое приключение на стороне не принесет вреда. Главное – не попасться.

Ты – мужчина в расцвете сил. Мужчина из мужчин. Ты имеешь на это право!

Теперь тебе нужно быть вдвойне осторожным. Я пытался помочь тебе. Бросил тебе спасательный трос. Не моя вина, что ты решил на этом тросе удавиться. На твоем месте я бы под землю провалился от стыда.

Джон. Ты насвинячил, а прибираться пришлось мне и моей матери.

Скажи мне, дорогой Дневник, на что, по-твоему, похожа справедливость? Справедливо ли сводить с обидчиком счёты по принципу «око за око»? А может, справедливо будет нанести ему ещё больший ущерб? Может, справедливость – это получение компенсации? Публичные извинения? Признание вины? Я и сама не знаю. Вся штука в том, что ничто из перечисленного не способно исправить прошлое.

– Наверное, ей хочется думать, что, если она сумеет спрятаться от всех за своими эксцентричными поступками, за театральными ролями и фейковым профилем в Инстаграме, окружающие не смогут разглядеть за всем этим настоящую Кит – несчастную, сломленную, одинокую. И не будут задавать ей слишком много вопросов.

– Да, дорогая моя, старость – это не для слабаков. – Она немного помолчала и добавила: – Это тяжкий труд, иногда я даже спрашиваю себя, а стоит ли оно того...