House of Beating Wings

– Какой магией владеет твоя внучка, Церера?

– Доброта. Это единственная магия Фэллон.

Настои рябины – единственное, что успокаивает маму, когда она становится беспокойной.

— Обычно именно раздевание ведет к совместной жизни, а не одевание

– Я должен попросить у тебя совета, так как мне еще только предстоит покорить сердце мужчины своими поцелуями.
– Возможно, потому, что ты целуешь их ниже пояса, а сердце выше.

Как бы мне ни нравилась красота платьев, нельзя отрицать, что брюки ощущаются как одеяния свободы.

— Закали свое сладкое сердце, Фэллон, или наш мир слижет весь его мед.

— Точно так же, как я не верю в выбор, я не верю в слово «никогда».

Потому что мечты безопасны, а жизнь… ну, а жизнь – нет.

– Магнабеллум был войной между Шаббе и Люче.
– Нет. Это была война между Воронами и фейри. Шаббины стали нашими союзниками.
– Но в книгах по истории говорится по-другому.
– Потому что книги по истории пишутся победителями, Фэллон.

– Люди когда-то могли летать?
Морргот не отвечает, просто взмахивает крыльями, чтобы подняться выше, не сводя глаз с этого заброшенного города.
– Ты говоришь не о людях, не так ли? Это был твой… птичий дом? – «Королевство» звучит слишком по-человечески для гнезда.

– Тогда откуда, расскажи, возьмется золото?
– От меня.
– У тебя есть золото?
– Почему тебя это шокирует?
– Потому что ты птица! Откуда у птицы деньги? Хозяин дал?
– Никто мне ничего не давал, Фэллон. Я заработал каждую монету богатства благодаря выгодным договорам и тяжелой работе.
Я фыркаю. Ничего не могу с этим поделать. Я представляю, как Морргот стучит клювом в двери, зажав в когтях свернутые пергаменты. А потом, что еще более нелепо, я представляю, как он тащит плуг по полю.