Цитаты из книги Крылья

Слишком много гениев на квадратный метр палубы, апофению на «Дельфте» можно соскребать со стен.

Мир зачастую подбрасывает ответы даже на еще не поставленные вопросы, надо лишь научиться слышать, и тогда через застывшую коросту сегодняшнего дня проступят сияющие блики грядущего. Вселенная вокруг нас, и мы части этой вселенной, мы здесь, мы везде.

Сойер сказал, что звезд достигнет лишь прекрасный корабль, эфир Вселенной слишком тонок, он не выдержит уродства, отринет его.

Назначение человека – полет. Лишенный этого, придавленный гравитацией, человек несчастен и тоскует о небе.

– Человеку сложно осознать, что жизнь потрачена впустую, это противно самой его природе. Многие не выдержат. Но те, кто останется… Я, впрочем, им совсем не завидую. Но, видимо, именно они дадут нам ответы. Поэтому я и сказал, что гений лишним не будет.

– Чем дальше человек удаляется от колыбели, тем масштабнее встающие перед ним задачи, – произнес Сандов. – И тем сокрушительней ошибки.

Солнце исчезает каждый вечер и появляется каждое утро, и это повторяется и повторяется, пока кто-нибудь не задает себе вопрос – почему это происходит? В основе любой естественной науки лежит наблюдение за повторяемостью и поиск закономерностей.

– К апофении в той или иной форме склонно большинство ученых, – заметил Мартин.

– Сойер утверждал, что подлинные идеи просто уж слишком сильно опережают время. И в этом качество их гениальности.

– Алан Сойер, основатель синхронистики, говорил, что чем безумнее идея, тем больше у нее горячих сторонников.

Суть полета проста. К полету готов каждый, всякое существо во Вселенной имеет своим назначением полет, в этом его назначение.
Лишь тех, кто прозяб из чистого семени, выдержит воздух.
Лишь те, кто чист, наследуют небо.

Земляне удивительно консервативны, в этом их сила. И слабость.