Там, где восходит луна

– Я буду ждать тебя. Любое твое воплощение. – Обещание, сорвавшееся с уст Йосинори, легло на всех присутствующих легко, но в то же время твердо, как нерушимая клятва.

Пусть она умрет сегодня, но это произойдет на ее условиях, она сама выберет свою смерть и обязательно захватит его с собой, чего бы это ей ни стоило.

Она даже не успела сказать Йосинори, как много он стал значить для нее за то недолгое время, что они провели вместе. Как быстро и легко он пробрался ей в сердце и остался там, как если бы всегда жил в нем, но отлучался и наконец вернулся назад. Генко жалела, что прежде отказала ему, глупо ссылаясь на то, что ее место рядом с Инари, что именно его жизнь коротка, заносчиво предполагая, что сможет пережить эту битву.

Луна сегодня особенно красива – никогда не видел, чтобы она была такого насыщенного красного цвета. Как кровь тех, кто не согласен с видением мира Озему-ками-сама.

"Злость застилает взор, ты перестанешь видеть возможности..."

— Так тебе все же нужно знать, из-за чего я убила людей, а не почему местные меня недолюбливают. Задавай вопросы правильно, иначе они могут обернуться против тебя.

Теперь все было именно так, как нужно.
Медленно, в какой-то степени высокомерно с Небес на землю сходили ками. В Хэйане же, на глазах тысяч простых смертных, прижавшись друг к другу и забыв обо всем на свете, стояли двое. Кицунэ, что едва не покинула всех, и оммёдзи, что наконец дождался свою лису.

И если раньше Йосинори считал, что Ёми отворили врата в Хэйане, то теперь был уверен: преисподняя ожила здесь.

– Сильна! – одобрительно прогудел Сусаноо. – Даже не закричала – все выдержала! Вот это мое наследие!
«Только вот язык или щеку прикусила, лишь бы не рыдать от боли», – мелькнуло в мыслях Генко, когда она смотрела на тяжело дышащую Аямэ.