Погребенный в пирамидах

На мой взгляд, совершенно недооцененный рассказ Лавкрафта. Может быть, ему достается меньше внимания, потому что он не привязан непосредственно к циклу Ктулху, но сверхъестественные порождения ада присутствуют здесь тоже.

Оригинальность рассказа в том, что написан он был специально для знаменитого иллюзиониста Гарри Гудини, человека, умевшего освобождаться от любых пут и узлов. В основу положено реальное путешествие фокусника в Египет, но кроме самого факта путешествия всё остальное фееричная выдумка Лавкрафта.

Он же - Гарри Гудини и есть главное действующее лицо, от имени которого и ведется рассказ. Его громкая слава сыграла против него - группа арабов, возглавляемая гидом Абдулом, похищают его, связывают и бросают в глубокую яму возле Большого Сфинкса. Наверное, им было интересно узнать, сможет ли Гудини избавиться от пут в этот раз и выбраться из бездны беспросветного мрака. Они знали, куда они отправили самоуверенного европейца.

От пут он избавился как всегда легко, но, пытаясь выбраться из подземелья, бродя по тесным туннелям, он срывается еще ниже и там перед взором потрясенного человека проходит череда порождений ада - составных мумий с человеческими телами и головами животных, ведет процессию фараон Хефрен, как две капли воды похожий на предателя-проводника Абдула. Точкой наивысшего ужаса становится момент, когда Гарри узрел самого Великого Сфинкса, точнее, только его переднюю лапу.

Гудини пришел в себя в египетской больнице, проводника Абдула никто не знает и не слышал о нем, и он сам не может понять, было ли всё, что он видел на самом деле или это всего лишь страшный сон. Типичная концовка для рассказов Лавкрафта.

Гудини рассказ понравился и он рассчитывал на продолжение сотрудничества, пытался подбрасывать Лавкрафту новые темы, но последовавшая вскоре смерть фокусника не позволила развиться этому интересному начинанию.

И вот я наконец добралась до египетской темы в творчестве Лавкрафта. Ужасно интересно, в какой последовательности являлись образы автору - ведь в этом рассказе Ньярлатхотепа еще нет, но есть два его свойства: внешнее сходство с мертвым и ожившим фараоном и феноменальная, огромная фигура, слепленная из нескольких чудовищ, где пятиголовый сфинкс - только одна передняя лапа существа.
В рассказе на фараона похож Абдулла Драгман, тот, кто заманил рассказчика в ловушку, чтобы показать "американскому магу" силу Древнего Египта. Это интересный персонаж, потому что его вроде все знают, когда с ним встречаются, но никто не помнит, и никто про него не слышал. Сфинкс становится вторым вместилищем зла благодаря историческому факту - фараон Хефрен приказал придать лицу статуи сходство с собой, и автор рассказа допускает, что до этого Сфинкс выглядел куда более жутко. Как красиво, что две идеи - таинственный проводник и загадка лица Сфинкса обрастают дополнительными фантазиями, и в финале небольшая локальная история переростает в шествие в честь кого-то более Древнего, чем боги Древнего Египта. Я люблю Лавкрафта за подобный размах, и мне нравится стиль его рассказов, и если работа Лавкрафта к тому же нравилась Гарри Гудини настолько, что они придумали историю в соавторстве - я просто в восторге!

Обычно Я люблю ковыряться в мифологии древних Египта, Греции, Рима, Китая, Викингов и так далее. Но тут рассказ показался немного скучным. Он не плохой и, в целом, интересный, особенно концовка очень "сочной" вышла. Но, наверное, этот автор для меня больше хорош в другом антураже, а Египетская тема не сильно зашла. Возможно проблема не в этом, а в том, что на столько, потенциально крутую, историю нужно было сделать длиннее, но вышло как вышло. Наверное, объективно, рассказу можно было бы дать 4, но лично мне он не так зашел, как другие хорошие рассказы автора, так что мое личное-субъективное - это 3.

Для меня "Великий и ужасный" Лавкрафт превратился в просто "нудного". Возможно, дело в завышенных ожиданиях, ведь я очень давно предвкушала знакомство с автором. К сожалению, для меня повествование окозалось сухим и затянутым, а множество уточняющих деталей звучали как некое оправдание фонтазии - когда ребенок фантазирует контрукцию за конструкцией, вследствие чего рассказ становится все более хлипким.
А вот в описании "ужасного ужаса" и "мертвой мертвичины", иноборот, деталей не хватило, а бояться только потому, что автор говорит "было страшно" мне не удалось, потому книга не была дочитана. Увы.