KGBT+

Не создавай ложную сущность, стоящую на пути у потока перемен. Не объявляй борьбу стихий и элементов «своей». Вот и все.
Когда я говорю «уйти с водевиля», я не имею в виду аполитичность, социальный эскапизм или дауншифтинг. Я имею в виду исключительно взаимоотношения с тем, из чего состоит текущий момент времени. Можно тащить этот груз на себе, и тогда ты раб божий на галере. Но есть и другая возможность – ехать зайцем. Тогда тащить ношу придется богу.
Но он тащит ее и так. Вопрос только в том, что при этом будешь чувствовать ты сам.
Это как в анекдоте про Ходжу Насреддина. Один человек едет на осле, держа поклажу на своих плечах, другой едет на осле, повесив поклажу ослу на шею. Ослу это пофиг. Для ездока, однако, разница очень велика.
Смысл «Летитбизма» – не будь ослом, едущим на осле. Не мешай этому миру, но и не помогай. Даже когда мир действует через тебя. Понять это в теории просто, но научиться внутреннему балансу на практике сложнее. Не буду врать, что полностью овладел этим искусством уже в те дни, но въехал в эту мысль я весьма глубоко.

Когда делаешь что-то в первый раз, только тогда и делаешь это по-настоящему. Потому что во второй и в третий раз движешься уже не в неизвестность, а повторяешь знакомый маршрут, стараясь наступать в оставленные прежде следы. Даже на уже встреченные прежде грабли. Это безопаснее. Именно так мы выживали последние сто тысяч лет. Но ничего нового на этом пути ты не откроешь, потому что все было уже найдено в самый первый раз. Еще Адамом.

(...)

Поэтому мы живем только тогда, когда делаем что-то в первый раз. Чудо в том, что на самом деле мы все и всегда делаем в первый раз, поскольку мир постоянно меняется вместе с нами. Но мы про это не задумываемся. Вместо нас начинает жить память о том, какими мы были вчера. Мы передаем свою власть над реальностью привычке и засыпаем. Исчезаем. Часто на всю жизнь. Мы вроде бы живы, но соглашаемся умереть, потому что так безопаснее… Это и есть единственная смерть, какая бывает. А жизнь – только то, что происходит впервые. Каждый раз, когда мы, не боясь боли, разрываем слипшиеся веки и вдыхаем режущий воздух нового.

Вот как сейчас