Кристофер Клин и проклятье туманных вод

Только когда ты по-настоящему свободен, становишься сильным. И счастливым, конечно же.

Иногда мне кажется, что в Академии всё устроено так, чтобы мы как можно скорее пришли к выводу: хочешь узнать, как устроен мир - исследуй его сам.

В детстве мне казалось, что когда я вырасту, жизнь станет проще. Взрослые уж знают, что делать, ведь у них такие суровые, сосредоточенные лица.

— Милая, вы говорили, что тут кому-то плохо но лекарство от мальчишеского буйства у меня нет.

— Вот ему плохо. — Кристофер указал на Саймона. — У него болит голова, скверный характер, и вообще человек он так себе. Можно с этим что-то сделать?

— Клин, — без тени улыбки произнёс Саймон, — закрой свой рот. Иначе лекарь понадобится тебе.

— Я же говорил! — повысел голос Кристофер. — Вот, пожалуйста, скверный характер...

«В синем море гладь туманна.

Рагляди меня, мой принц,

Встреча будет долгожданной,

Увлеку тебя я вниз.

В толщу вод, где дня не видно,

Приведу тебя к отцу.

В золотом дворце подводном

Он расскажет про судьбу.

Не нужны твои подарки

И монет волшебных звон,

Подари свою мне душу,

Чтобы быть вовек вдвоём».

«Вы, конечно, никогда не блистали знаниями... Но лошади...под кроватью... мастер Клин, это даже для вас чересчур».

«...ей-бубны, что ты возишься!».

«Тысяча горбатых моллюсков...!».

Злость тебе ничем не поможет. Создаётся впечатление, что она придаёт тебе сил, но это ненадолго. Невозможно злиться постоянно,  это изматывает и ослабляет нас. Если хочешь, чтобы тебя не было равных, пребывай в спокойствии.

И правила бессмысленны, потому что любой может нарушить их или... поменять. А если это так, какой толк слушать наставников?

Но иногда, если знаешь слишком много, это может привести к гибели.

- Но это больно, - тихо сказал Саймон. - Я не хочу никому причинять боль.

• Настоящие друзья разделят боль с тобой, - серьёзно сказал Кристофер. - На то они и друзья.

- Уверена? - поднял бровь Кристофер.

• Уверена, - кивнула она. - Хотя с тех пор, как я с тобой познакомилась, чувство уверенности посещает меня всё реже.

«Книжник на корабле? Жди беды!».

«Чтоб мне якорями вечно греметь».

«Перемирие - это всегда временно».

«Мать моя медуза!».

«Умничать - это не про меня».

«В Лонгрене, детки, есть те, кто пострашнее выдуманного колдуна! Это пираты».

«Ой, да ради бубен!».