Чай для призрака

Я – старая чудачка и люблю свои старые вещи. Чем вещь старше – тем любимей и тем больше душу греет.

– Архив занят, – предупредил Рьен, берясь за бумаги.
– Видел, ага, – снова ухмыльнулся Мьёл. – Красиво спят. Громко.

...сначала поддался слабости, потом не смог вовремя её победить, а после лишь ею и питался. Не любовью к семье, а любовью к своим слабостям и себе слабому.

Людская душа или её отсутствие проверяются отношением к слабым – детям, старикам, бродягам, животным.

Нет не оттуда растущих рук, дочка. Есть руки слабые и пока не готовые. Есть очень уставшие. А есть для другого дела приспособленные. Если у человека из рук всё валится – значит, он просто не нашёл своего дела.

И каждый раз, оглядываясь назад, я нахожу в себе потребность учиться у отца быть сильным – на его примере. А получается иначе. Иногда, Иххо, сильным становишься не равняясь на кого-то, а наоборот – отказываясь быть таким.

Мы слишком быстро забываем о том, что является частью нашего мира. Древней, незримой, редкой, но очень важной.