Магниты

— А как ты понял, что бабушку любишь?

— А она мне улыбнулась. Она так улыбалась... Никто в мире так не умеет. Куда всем этим актрисам?

— А потом, в самом конце, когда она уже болела, у тебя что было: любовь или ответственность? Ты же не позволил ее на досмотр отдать.

Дед внимательно посмотрел на Романа, и под его взглядом тому стало неловко. Всё-таки он был редкостным идиотом. Ну как можно было такое спросить?

— Ты прости, я ляпнул ерунду, и...

— А ты думаешь, она какой-то другой стала, как заболела?

Роман не думал, Роман это видел. Бабушка почти не вставала, с трудом узнавала родных. Но об этом он деду не сказал бы и под дулом пистолета, потому что тот, кажется, считал иначе.

— Ты думаешь, я видел ее морщины? Я видел мою храбрую маленькую Хелен, которая сражалась с болезнью каждый день и которая всё так же мне улыбалась.