Disclaimer

Вино и тревога – гремучая смесь.

Ненависть, выплеснувшаяся на неё, не имела пределов. Это такая ненависть, которую вызывают убийцы - садисты и насильники малолетних, но ведь она - то ни то ни другое.

На подушку опустились пылинки. Никто бы этого не заметил и не услышал. Но Кэтрин слышала. Она слышала все - её слух напряжён. И видела тоже всё. Даже в кромешной тьме . Её глаза к ней привыкли.

Имея такую опору, не так уж трудно подтолкнуть столь слабое существо в нужном направлении. Всё, что требовалось, так это заполнить окружающую его тьму и подвести к точке невозврата. А затем оставить одного, балансирующего на краю пропасти.

..внешняя простота как доказательство достойного существования

..стоит пролиться хоть слезинке, как за ней последует поток слов.

“Все мы горазды на выдумки. Все умеем притворяться вполне довольными жизнью.”

“Открыл бутылку вина, но выпил только один бокал. Теперь я пил немного – надо держать мысли в узде. А то еще, если злоупотреблять алкоголем, пойдут куда-нибудь не туда, как малыш, за которым никто не присматривает"

Мать могла что-то знать, могла и не знать, но это не имело значения, потому что одно-то уж она всегда знала точно – она знала, что нужно ей, Кэтрин. А нужно ей, чтобы о ней позаботились, ни о чем не расспрашивая. Чтобы рядом был человек, верящий, что она – не монстр, и в то же время не требующий и не ждущий никаких объяснений.

Этот ключик прожёг дыру в моём черепе, и я понял, что ни страницы не напишу, пока не открою тайны

Это мужчины тонут, спасая детей и собак, – не женщины

Она знала, чего хочет и как добиться желаемого. И плевала на последствия.

Вино и тревога – гремучая смесь. Следовало бы знать, что нельзя самой себе подмешивать яд.

Раньше она не знала, что это такое – «Рамнузия». Теперь знает. Богиня отмщения. Немезида.

Держала в тайне нечто такое, что он имел право знать.

Это был её секрет. Он принадлежал только ей одной. И она решила ни с кем им не делиться.

Какая жалость, что она так и не поняла, что бездействие станет по_настоящему смертельной ошибкой.

Трудно сказать, какие мысли были моими, а какие чужими, что было реальностью, а что - фантазией.

Он не заметил насилия и увидел лишь разврат.