Цитаты из книги As I Lay Dying

Ей-богу, мороз по коже. Так вот задумаешься иногда. Про беды и несчастья в этом мире, ударить может куда угодно, как  молния.

Но я к словам давно привыкла. Я знала, что это слово такое же, как другие, — только оболочка, чтобы заполнить пробел; а когда придет пора, для этого не понадобится слово, так же как для гордости и страха.

Меня Бог создал. Я не просил Бога, чтобы Он создал меня в деревне. Если Он может создать поезд, почему не может создать всех в городе

"Нигде в нашем грешном мире не разжиться честному работящему человеку. Это — для тех, которые в городских магазинах сидят, пота не проливают, а кормятся с тех, которые проливают трудовой пот. "

Человек иногда понимает, что у детей больше разума, чем у него. Но он им в этом не признается, пока у них не отрастет борода. Когда борода отросла, они чересчур озабоченные, потому что не знают, смогут ли вернуться туда, где у них разум был, а бороды не было; тут-то тебе нетрудно признаться людям, так же беспокоящимся о том, о чем беспокоиться не стоит, что ты — это ты.

...потому что все люди трусы и всякое коварство им больше по сердцу — ведь видимость у него нежная.

Я иногда задумываюсь, кто имеет право решать, нормальный человек или ненормальный. Иногда мне кажется, что нет между нами совсем нормального и совсем ненормального, и кто он есть - мы договариваемся и решаем. Выходит, не то важно, что человек делает, а то, как большинство людей смотрит на его дела.

Черт бы взял эту дорогу. Да ещё дождь собирается. Прямо вижу его отсюда, вижу, встаёт позади них стеной, встаёт между ними и моим твёрдым обещанием.

Тропа пролегла прямо, как по шнуру, ногами выглаженная, июлем обожжённая, словно кирпич, между зелёными рядами хлопка, к хлопковому сараю, огибает его, сломавшись черырьмя скруглёнными прямыми углами, и дальше теряется в поле, утоптанная и узкая.

Но не знаю, есть ли у кого право говорить, что - сумасшествие, а что - нет.

В чужие дела лезть не люблю. Каждый пусть сам решает, как ему быть, - такое мое мнение.

Господь видит сердце. Если так Он захотел, что у одних людей одно понятие о честности, а у других другое, то не мне Его волю оспаривать.

...и вижу, его дочка на меня смотрит. Если бы у ней не глаза были, а пистолеты, я бы сейчас не разговаривал...

И когда плохо о нём говорят, а про себя думаю, что не настолько он ниже человека - иначе как бы он терпел себя так долго.

Вот и задумаешься иногда об этом. Не часто, правда.

Рука у неё поднялась, трогает бусы, потом волосы. Заметила, что я на неё смотрю, и сделала пустые глаза.

Музыку слушать – самое лучшее, что бывает у человека. Придёт, к примеру, вечером усталый, а тут ему музыка играет – и отдыхает человек, лучше-то как ещё отдохнуть?

Вот что значит - чрево времени: отчаяние и мука раздвигающихся костей, жестокий пояс, в котором заключена возмущённая внутренность событий.

"А Кеш будто распиливает долгие жёлтые грустные дни на доски и к чему-нибудь прибивает"

Ну разве может человек их понять? Вот я прожил с одной пятнадцать лет, и будь я проклят, если понял. <...> Ну кто их разберет? Только решишь, что они хотят одного, тут же понимай всё наоборот, да ещё, чёрт возьми, взбучку получишь за то, что не так её понял.