Spring Snow

Так Сатоко будто капнула туши в прозрачную воду чаши — в сердце Киёаки. И у того не было времени защититься. Киёаки зло глянул на Сатоко. Вот так всегда. Это заставляло его просто ненавидеть Сатоко. Вдруг, безо всякой причины, она вызывала в его душе безотчетную тревогу. Капелька туши быстро расходилась в воде и ровно окрасила ее в пепельно-серый цвет.

… Мы ведь идем с тобой не по бесконечной дороге, а по причалу, где-то он неизбежно оборвется в море.

Человек не в состоянии смотреть на вещи взглядом, отличным от взглядов того времени, в котором живет.

Каждый понимает, что каким бы важным ни было дело, достоинства и недостатки принятого по его поводу решения станут очевидными только со временем.

Заполучить капельку драгоценного времени куда важнее, чем обрести грубую реальность, которая кроется в любом решении.

Но человеку не дано видеть формы, среди которых он живёт.

Ему вспомнилась примета: больной часто смотрит на свои руки перед смертью.

В отличие от мечты, реальность — материал, которому недостает пластичности. Ему нужно было овладеть не туманными
ощущениями, а мыслями, спрессованными, напоминающими черные пилюли, мыслями, которые следовало немедленно реализовать.

Единственной истиной для себя он полагал жизнь без цели, без результата, жизнь исключительно ради чувств… И если такая жизнь привела к этому водовороту мрачных радостей, то ему остается только ввергнуть себя в пучину.

Сегодня он может только одно. Чем сильнее болезнь, тем больше смысла и сил действовать, невзирая на болезнь. Может быть, Сатоко откликнется на такую преданность. Но сейчас, пусть он и не смеет надеяться на это, ему необходимо действовать, чтобы успокоиться. Сначала его душу просто заполняло страстное желание хоть одним глазком взглянуть на Сатоко, но постепенно душа начала трудиться и, казалось, помимо его воли опережала и желания, и цели.

Если потребовать объяснений, то окажется, что ему просто все неинтересно. Он чувствовал себя маленьким, ядовитым шипом, впившимся в здоровый палец семьи.

«Живи мы в Хэйан, ты бы прислал мне стихи, а я сразу бы отправила тебе ответ»

Вы идете на все ради близкого друга. Киё должен считать себя самым счастливым человеком на свете, имея такого друга. У нас, женщин, не бывает настоящих друзей.

Доверие и презрение, плотно прилегающие друг к другу, как тонкая кожаная перчатка к руке. И Хонда все прощал Киёаки за его красоту.

Его глаза сейчас были полны дружелюбия. Ведь он в некотором смысле сравнялся с Хондой в интеллекте. Подтверждался его прозаический взгляд на мир.- В конце концов, люди все одинаковы,произнес он спокойно-уверенным голосом.

Киёаки, видя, как легко, несмотря на чужой язык, доходит до сердца собеседника его увлечение снами,- которое он боялся открыть даже другу,испытывал к нему все большую симпатию.

"Наверное, у меня с рождения по жилам течет не кровь, а чувства", - с гордостью, к которой примешивалась толика тревоги, подумал Киёаки.

Я сейчас видел сон. Мы встретимся. Обязательно встретимся. Под водопадом.