За стеной сна

Но зачем вы работаете? Чтобы жить и быть счастливыми, не так ли? А если вы работаете, чтобы работать еще больше, то когда обретете вы свое счастье? Разве жизнь сама создает красоту вокруг себя и слагает песни? И если среди вас не будет певцов, для чего тогда плоды вашего изнурительного труда? Работа без песен, все равно как долгий день без конца. Даже смерть кажется мне приятнее этого.

Я нищ, а снадобье, единственно благодаря которому течение моей жизни остается более или менее переносимым, уже на исходе, и я больше не могу терпеть эту пытку.

Будучи детьми, мы слушаем сказки и мечтаем, но мысли наши несовершенны. Когда же, став взрослыми, мы пытаемся вернуть детские грезы, мы уже отравлены ядом повседневности, который делает нас скучными и прозаичными.

Как и большинство молодых людей, он с упоением лелеял планы мести, триумфа и великодушного прощения в финале.

Воспоминания и дурные предчувствия ужаснее любой действительности.

Многим не понравилось бы жить с таким лицом, но Артур Джермин прекрасно с ним уживался.

Несчастен тот, кому воспоминания о детских годах приносят лишь страх и печаль.

The end is near. I hear a noise at the door, as of some immense slippery body lumbering against it. It shall find me. God, that hand! The window! The window!

Конец близок. Я слышу шум у двери, как будто снаружи об нее бьется какое-то тяжелое скользкое тело. Оно не должно застать меня здесь. Боже, эта рука! Окно! Скорее к окну!

The Sphinx is his cousin, and he speaks her language; but he is more ancient than the Sphinx, and remembers that which she hath forgotten.

Но есть в мире не только горечь, но и бальзам, и для меня этот бальзам - забвение.