Signs of Cupidity

Я Купидон, черт побери. Если я не помогу их сердцам, то кто?

Возможно, позже я захочу умереть, но прямо сейчас я чувствую себя живой.

Девушка же может мечтать.

Это все было бы ужасно увлекательно, если бы, ну знаете, я не истекала кровью и не корчилась в агонии.

Почему многие принимают любовь как должное?

Я обожаю тайную драму, скрытую за драмой на сцене.

Считайте меня садовником: я не создаю зерно, лишь помогаю ему укорениться и прорасти.

Я уже так долго летаю по миру людей, сводя пары вместе, даря им шикарный секс, поощряя романтические поступки, разжигая чувства. Это самая одинокая работа на свете.

Это я, – радостно говорю я, цепляя на лицо огромную улыбку. Потому что он не станет злиться на меня, если я супердружелюбная, так ведь?

Он смотрит на меня и приподнимает бровь. Ладно, может, своей чересчур широкой улыбкой я пересекла грань между супердружелюбной и полубезумной. Я сразу же снижаю энтузиазм.

Не отправляйте меня к троллям! – выпаливаю я, прежде чем могу остановиться. – Я не хочу видеть их дымящиеся яйца!

Я слежу за происходящим, отчасти потому, что я очень любопытная, и отчасти потому, что... ладно, нет никакой другой причины, кроме моего любопытства.

Выглядит довольно жарко и сексуально, так что я расслабленно ложусь на кровать, чтобы понаблюдать. Да, да. Вуайеризм, верно? Что я могу сказать? Мне нравится смотреть, потому что это горячо. Я ненавижу смотреть, потому что завидую. Обожаю наказывать саму себя.

– Эй, я задала вопрос. Связать меня за что? Я не хочу, чтобы меня связывали, – говорю я ему. Затем обдумываю этот вопрос. – Ну, если только это не будет в рамках какой-нибудь сексуальной игры. Тогда я буду не против, но в первый раз вам придется быть осторожными со мной. Я новичок во всем этом. Тем более я еще и ранена. Нам понадобится стоп-слово. Как насчет ананаса? – потому что это всегда ананас.

Ты был первым, но тогда я не знала, какой ты большой болван. Ты определенно больше не первый. Я лишаю тебя этой чести, теперь я буду называть тебя Не-Первый.

Он одаривает меня широкой улыбой с ямочками, и я готова преклониться перед ним и объявить себя его секс-нимфой, если он просто продолжит так смотреть на меня.

Я облегченно вздыхаю, только не чувствую полного облегчения, потому что, ну, знаете, я в куче фекалий.

Ты была ужасно смешной. Ты даже ущипнула Силреда за соски и сказала ему, что рада, что испортила его рубашку в куче отходов, чтобы все время пялиться на его грудь.

Да, теперь отнеси меня внутрь и накорми. А затем подогрей мне ванну, расчеши мне волосы и скажи, какая я красивая.

Черт возьми, – говорю я, кладя руку на сердце. – Боже мой, это было очень близко. Ты почти умер прямо у меня на глазах. Я чуть не убила тебя. Я бы чувствовала себя такой виноватой. Я ведь только вымыла все полы, и мне пришлось бы снова убираться, чтобы отмыть кровь. Это было бы ужасно.

Мы же торчали на этом чертовом острове всего пять лет, не видя ни одной женщины. Мы вечно ходим неудовлетворенные, но да, почему бы нам просто не проигнорировать привлекательную женщину, расхаживающую тут в обтягивающих мехах.