Тэсса на краю земли

– Это не заказ, – тут Холли совсем рассердился. – Это порыв, вдохновение! Да что вам объяснять! Дайте пройти, меня ждут друзья!
Он дернулся, вырвался из толпы и поспешил к Фрэнку и Тэссе.
– Друзья, – повторил Фрэнк, едва двигая губами. – Он сказал – друзья?

— Он извращенец. Вуайерист проклятый.
— Просто художник.
— Почему ты его защищаешь? — мрачно спросил Фрэнк.
— Потому что он мне нравится. Подожди, притормози. Наклонись, — Тэсса, потянувшись, подняла со ступеньки брошенные при отступлении эскизы.
— А я?
— А с тобой я сплю.
Фрэнк хмыкнул, вполне довольный подобным раскладом

— Зомби? Вампир? Призрак? Упырь? — деловито уточнил Фрэнк.
Она не удержалась, оглянулась и неожиданно для самой себя поцеловала его в губы — коротко и крепко. Щетина щекотнула кожу.
Брови Фрэнка взметнулись вверх.
— Это за что? — спросил он с запинкой.
— За хладнокровность, — объяснила Тэсса. — Терпеть не могу истеричек.

Фрэнк по привычке бойца без правил предпочитал уворачиваться от проблем, если не мог врезать прямо по ним.
Привычка, которая в будущем приведет к проблемам.
Что Тэсса знала наверняка — если неприятности появились, они ни за что не исчезнут сами по себе. Рано или поздно придется перестать уворачиваться.

Фрэнк пнул дверь, поудобнее перехватил Тэссу и тяжело потопал вниз.
— Это вроде кошки, — покачиваясь, как на волнах, заметила она.
— Призрак?
— Холли. Он как большая любопытная кошка. Только конченые злодеи обижают кошек.

Фрэнк преподал ей прекрасный урок — некоторые вещи следует принимать такими, какими их преподнесла тебе жизнь. И некоторых людей — такими, какими они тебе достались.
Мальчик, которого боялась и не любила собственная мать, которого с раннего детства избивали и ненавидели, вырос человеком, умеющим ценить те крохи радости, которые удавалось выхватить у судьбы.

— Иди со мной, — велела Тэсса, уцепила Фрэнка за ремень джинсов и потащила за собой на улицу.
— Так нечестно, — обиделся Холли. — Ругайтесь здесь, мне надоел телевизор!

Никто не находит в себе сил жалеть других, когда больно — тебе.

– Не подумайте, что я жалуюсь. Но я жалуюсь!

Кто из нас способен изменить прошлое и зачем тащить его в настоящее?

Это же надо быть полным психом!  Или гением. Что иногда одно и то же.

Жизнь в целом несправедлива.

Как это порой страшно — быть ребенком.

— Значит, Холли Лонгли тебя успокаивает. А я?
— А ты меня волнуешь.

Откуда только взялись все эти монстры.

— Не бывает такого монстра, который бы не вырос из человека

–Вас ждет большой и прекрасный сюрприз, Джон Хиченс, – на манер чревовещателя заверила его Тэсса.  – Но если вы еще раз назовете Фанни чудовищем, я голыми руками вырву ваши морщинистые яйца. Если хотите знать, она куда больше женщина, чем я.
– Даже я больше женщина, чем вы,  – ехидно заметил Джон, ничуть не испугавшись, и пошел в сторону своего дома.

Бог создал подростков в наказание всему человечеству.

Судьба и ее омерзительное чувство юмора

Чем сильнее моллюск борется за жизнь, тем вкуснее его мясо. Пытаясь удержать соленую воду внутри раковины, моллюск становится более упругим и мясистым.