Цитаты из книги Amerika faciəsi

Видеть и делать — это совершенно разные вещи.

"Какая польза человеку, когда он весь мир приобретет, а душу свою погубит?"

У людей с болезненной чувствительностью и обостренным воображением, если их интеллект - притом не наделенный особой силой - сталкивается с трудной и сложной задачей, бывают такие минуты, когда рассудок, еще не сброшенный со своего пьедестала, все же выходит из равновесия и корчится, словно в пламени; когда человек потрясен и сознание до того одурманено, что - по крайней мере на время - безрассудство или смятение, заблуждение или ошибка могут одержать верх над всем остальным.

А говорят (она слышала это и от своей матери и от знакомых), что мужчины, по крайней мере некоторые, нередко совсем по-другому, с новой нежностью начинают относиться к матери своего ребенка.

Как тяжко быть бедняком, без денег, без положения в обществе и не иметь возможности жить так, как хочешь.

это оживление было столь же фальшиво внутренне, как правдоподобно внешне.

Местность меняется, - сказал он отрывисто, - но она останется, когда нас уже не будет.

Словно глоток вина для того, кто, подобно ему, так долго пил воду, что чуть не забыл, как вино разгоняет кровь и туманит сознание.

Кто из всех этих людей, включая и его мать, смеет судить его, не зная, какие нравственные, телесные и душевные муки он успел пережить?

Это было временное оцепенение, момент равновесия между двумя одинаково властными стремлениями: действовать и не действовать.

У нее не будет никаких забот и тревог, ей придется заботиться только о нем...

Как по-разному относятся к нему эти две девушки: Сондра, все имея, все ему предлагает и ничего не требует; Роберта, не имея ничего, требует все.

– Прощай, Клайд!

Боже, эти слова заключённых, которые они произносят на прощание, когда Клайда уводят в комнату смерти, мне разбивают сердце! ????

и он отвечает...

– Прощайте все!

Сейчас, когда окончательно и бесповоротно решено, что он умрёт через несколько дней, у него появилась потребность ещё раз вспомнить всю свою неудачную жизнь.

На другое утро, едва простучал молоток судьи, поднялся Мейсон, по обыкновению, бодрый, напористый и злой.

Безрадостны плоды ожесточенной борьбы и жестокого поражения:

А мир так богат возможностями, и столько вокруг счаст-ливых, преуспевающих людей.

Зубы его внезапно щелкнули, как крышка закрываемых карманных часов