Red Mars

— Я считаю, что само существование вселенной — это чудо. Вселенной и всего, что в ней содержится. Разве ты можешь это отрицать?
— Разумеется, — ответил Джон. — Вселенная просто существует. Я называю чудом лишь действие, которое явно нарушает известные законы физики.
— Как путешествия на другие планеты?
— Нет, как восстание из мертвых.
— Доктора проделывают это каждый день.
— Докторам этого еще ни разу не удавалось.
Филлис растерялась.
— Не знаю, что ответить тебе, Джон. Я несколько удивлена. Мы не знаем всего, а когда делаем вид, будто это не так, просто ведем себя высокомерно. Сотворение мира — это загадка. Назвать что-то «большим взрывом» и думать, что у нас есть объяснение, — это плохая логика, плохое мышление. За пределами твоего рационального научного мышления существует огромная область сознания, которая более важна, чем наука. Вера в Бога тоже входит в эту область. И полагаю, у тебя она либо есть, либо нет. — Она поднялась. — Надеюсь, она к тебе придет. — И она вышла из зала.

Однажды ночью, когда они засыпали, Надя спросила:

• Почему я?
• А? - Он уже почти уснул.
• Почему я, спрашиваю. В смысле, Аркадий Николаевич, ты мог полюбить любую из женщин в лагере, а она полюбила бы тебя. Ты мог бы получить Майю, если бы захотел.

• Я мог бы получить Майю! Вот это да! Мог бы добиться самой Майи Катарины! Прямо как Фрэнк и Джон! - Он снова фыркнул, и они оба рассмеялись. - Как я мог упустить такой шанс! вот дурак! - Он хихикал до тех пор, пока она его не стукнула.
• Ладно, ладно. Есть и другие, тоже красивые. Джанет, Урсула или Саманта.
• Да ну тебя, - сказал он и приподнялся на локте, чтобы посмотреть на неё. - Ты правда не знаешь, в чем на самом деле заключается красота?
• Разумеется, знаю, - упрямо ответила Надя.

• Красота - это власть и изящество, верное действие, облегающая тело функция, разум, обоснованность. И очень часто, - он усмехнулся и нажал ей на пупок, - она вырастает в форме кривых.
• Кривые у меня есть, - сказала Надя, убирая его руку.

- Нет, нет, нет, нет! История - это не эволюция! Это ложная аналогия. Эволюция основана на окружении и возможностях, действующих на протяжении миллионов лет. А история - на окружении и выборе, действующем в течении одной жизни, а иногда и лет, месяцев или дней! История - она как ламаркизм! То есть, если мы сделаем выбор и установим определенные законы на Марсе, значит, так и будет! А если выберем другое, то и будет другое! - Он обвел рукой всех присутствующих - и тех, кто парил среди вьющихся растений. - Я хочу сказать, что мы должны сами принимать свой выбор, а не позволять делать его за нас людям с Земли. Они для нас давно мертвы.

Их уклад настолько патриархален, что некоторые их женщины были неграмотными - на Марсе! А это знак. И в самом деле, у этих мужчин был тот опасный взгляд, который Фрэнк связывал с мужским шовинизмом, - взгляд мужчин угнетающих своих женщин настолько безжалостно, что те, естественно, отыгрываются где только могут - терроризируют своих сыновей, которые затем терроризируют своих жен, те - опять сыновей и так далее, в бесконечной смертельной спирали извращенной любви и половой вражды. В этом смысле они все были безумцами.

Мы прибыли на Марс насовсем. Мы не только построим на нем дома, не только будем добывать себе еду, но даже воду и воздух — на планете, где ничего этого нет. Мы можем это сделать потому, что у нас есть технологии, позволяющие управлять материей вплоть до молекулярного уровня. Это удивительная способность, только задумайтесь! И все же некоторые из нас готовы принять полное изменение физической действительности этой планеты, не сделав ничего, чтобы изменить самих себя, свой образ жизни. Быть учеными двадцать первого века, оказаться на Марсе, но при этом жить в общественной системе девятнадцатого века, основанной на идеологиях семнадцатого. Это вздор, это безумие, это ненаучно! И я говорю, что среди всех тех вещей, что мы собираемся изменить на Марсе, должны быть мы сами и наша социальная действительность. Мы должны терраформировать не только Марс, но и самих себя.

Физиологические исследования даже показали, что экстраверсия связана с низкой корковой активацией, а интроверсия — с высокой. Поначалу Мишель считал, что должно быть наоборот, но затем вспомнил, что кора сдерживает нижние центры мозга, поэтому при ее низкой активации становится возможным экстравертное поведение, тогда как высокая активация оказывает подавляющее действие и ведет к интроверсии. Это объясняет, почему распитие алкоголя — депрессанта, понижающего корковую активацию, — приводит к более возбужденному и несдержанному поведению.