Цитаты из книги Эклиптика

Если ты не хочешь стать лучшим в своем ремесле, какой тогда смысл? Если ты стремишься к величию, но раз за разом отступаешь, пускай. У тебя хватило смелости попробовать. В такой неудаче есть благородство. Но что благородного в том, чтобы довольствоваться посредственностью?

Нельзя контролировать творческий процесс. Сколько бы вы ни старались, сколько бы ни запугивали краску, пытаясь подчинить ее своей воле, вы лишь вытрясете из нее всю жизнь.

Неужели правда можно оплакивать то, чего никогда не желал?

В день моего отъезда он стоял в дверях мастерской, пока я волокла чемодан вниз по лестнице. Помощи он не предлагал, просто молча наблюдал, как чемодан переваливается со ступеньки на ступеньку. Когда я добралась до самого низа, он сказал: – Привыкай. Теперь сама будешь таскать свои золотые слитки. Тяжело дыша, я облокотилась на перила. – Там всего лишь библиотечные книги. – По-моему, их полагается возвращать. – Да, но тогда придется платить штраф.

На фабрике моя мать каждое утро отбивала карточку на контрольных часах, а затем считала время до конца смены, когда можно будет отбить карточку снова. Окончив школу, она всю жизнь занимала одну и ту же должность, а ей уже было под шестьдесят, и если об удовлетворённости человека можно судить по тому, сколько он жалуется, то мама получала от своей работы огромное удовольствие.

Я создала простую вещь, в которой было столько грусти, столько чистоты, что один ее вид пробудил во мне скорбь.

Где бы ты ни был, ты обречен. Тебе не под силу замуровать коридоры у себя в голове, их слишком много. Ты не будешь знать покоя, куда бы ты ни пошел.

И мы с ностальгией заговорили о том, как Генри относился к Лондону: он любил повторять, что это город “без сострадания к индивиду”, но всякому, кто всерьез хотел стать художником, советовал там побывать.

Пиши то, во что веришь. Под этим Генри подразумевал: "Кончай кукситься — и за работу".

- Тыне работаешь? - спросила я.
- Не могу же я одновременно писать и развлекать гостей. Я не Гертруда, мать ее, Стайн.

...люди пришли сюда не для того, чтобы глазеть на твои работы, а для того, чтобы их за этим увидели.

Уединение и одиночество - две разные вещи.

Затем оглянулся туда, откуда пришел, словно ворота были чертой между настоящим и прошлым и ему требовалось несколько мгновений, чтобы прочувствовать всю важность происходящего.

А то, что я не испытывала к нему никакого влечения и регулярно это подчеркивала, лишь придавало ему уверенности в своих силах - типично мужское поведение.

...«часы и минуты, по сути, ведут обратный отсчет».

Тем летом я вся отдалась живописи

Либо прими недостатки, либо исправь их